По длинному коридору, устланному дорогими коврами и залитому мягким светом настенных канделябров, задыхаясь, бежал мужчина преклонных лет. На морщинистом лице скользили за воротник пёстрой, изодранной клинками одежды капли пота, дыхание сбивалось, а ноги едва ли не заплетались.
Но, несмотря на усталость, он и не собирался останавливаться, вместо этого с завидным упорством продолжал свой тяжёлый путь, вкладывая в каждый шаг остатки покидающих его сил.
Он должен сообщить, пока не стало слишком поздно.
И вот, завернув за угол, ему наконец удалось добраться до покоев, перед которыми, скрестив алебарды, застыли закованные в доспехи гвардейцы, своим снаряжением и выправкой больше походившие на статуи, чем на живых людей. Узнав в прибежавшем старике доверенного слугу короля, они, не проронив ни слова, расступились, освобождая проход.
— Беда, бойцы — весь замок залит кровью! — отчаянно выкрикнул прибывший в свойственной для себя рифме, указывая назад, в глубь коридора. — Настал ваш час отдать свой долг и встать стеною — насмерть!
Толкнув вперёд массивные двери, он проследовал в просторные покои, где одним лишь своим взволнованным, израненным видом перепугал молодых служанок, присматривающих за парной колыбелью. А слова, с которыми вошёл, только усилили эту тревогу…
— Король и королева пали! — с порога сообщил вошедший. — Скорей берите на руки малюток и следуйте за мной! Мы покидаем город!
Встревожившиеся нянечки озадаченно переглянулись, однако панике не поддались. Спешно укутав младенцев в тёплые одеяла, каждая из них взяла по наследнику и покорно последовала за седовласым слугой, который повёл их тайными коридорами прочь из неспокойного замка.
И пока одни бежали из замка, другие готовились остаться в нём навсегда — занявшие оборону перед дверьми покоев гвардейцы увидели по ту сторону коридора внушительных размеров группу вооружённых людей в чёрной одежде без единого знака различия. Ощетинившись мечами, неизвестные бросились вперёд, сметая всё, что попадётся на пути.
Мысленно распрощавшись с жизнью, стража, верная рыцарской клятве, заняла боевую стойку и выставила вперёд пики алебард. Ни тени страха в напряжённых лицах, ни желания отступить. За их спинами — беззащитные младенцы. Будущее всего королевства, ради которого они готовы доблестно принять свою судьбу в неизбежном последнем бою…
Но их жертва оказалась не напрасна.
Пока они бились, не щадя ни врага, ни себя, седовласый слуга и следовавшие за ним девицы с младенцами на руках добрались до отдалённого двора, где, несмотря на позднее время суток, их уже дожидались две — по числу детей — неприметные кареты и самый лучший отряд гвардейцев из имевшихся. Как только нянечек с наследниками разместили по разным экипажам вместе с лейб-гвардией, седой слуга, махнув рукой, приказал кучерам немедленно трогаться:
