Глава 1. Спор в прямом эфире
Я положила саквояж на край стола и щелкнула замком. Звук был громкий, почти вызывающий, и это был первый жест в чужом кабинете, который я выбрала сама. До меня здесь пахло чужим кофе и чужой уверенностью: на мониторе белела заставка с логотипом компании, на желтом стикере у монитора чужой круглый почерк просил Дениса скинуть презентацию к десяти, а на коврике для мыши лежала одна рыжая волосинка, длинная, явно женская. Я не стала ее трогать. Я сняла пакет с документами, достала копию контракта кризис-менеджера, копию устава, копию протокола прошлого совета и положила их стопкой ровно посередине стола, чтобы было видно: я пришла работать, а не нравиться.
Стол мне дали на втором этаже, с окном на парковку, потому что кабинет кризис-менеджера не положен по статусу на третьем, где сидит Макар Левин. Я не обиделась. Мне нужен был доступ к серверу, а не вид на бульвар.
Меня пригласили сюда две недели назад, когда инвесторы фонда Михаила Громова пригрозили выйти из раунда. Утечка, о которой писали только деловые каналы, к тому моменту уже ушла в три телеграм-канала и один федеральный сайт. Я тогда сидела дома, у меня на коленях спал Лев в куртке, на столе остывал чай, а телефон показывал вакансию кризис-менеджера в компании, чей основатель однажды бросил меня так тихо, что я узнала об этом из чужого поста.
— Вы нам нужны на три месяца, — сказал мне Макар по видеосвязи, и я смотрела на его скулу и думала, что он даже не заметил, как ровно у него пульс.
— Я приеду, — сказала я, — если в договоре будет право остановить любую сделку.
Он помолчал. Я ждала.
— Будет, — сказал он, — если вы успеете до совета.
Я успела. Я всегда успеваю, это моя работа.
Теперь я сидела в чужом кабинете и перелистывала бумажный журнал доступа к серверной. Толстая кожаная папка с печатью охраны, сорок две страницы, сорок два пропуска за последний месяц. Я водила пальцем по столбцам. Половина имен — сотрудники, половина — гости, у каждого рядом время, номер пропуска, отметка охранника.
На тридцать седьмой странице я остановилась.
В ночь утечки в серверную входил не Илья Воронцов, чей ключ я ожидала увидеть. Входил человек с пропуском гостя, но время стояло служебное, обеденное, и охранник не расписался. Без подписи охранника вход считался техническим обходом, но обход фиксировался отдельной строкой. Строки не было. Я перевернула страницу, проверила еще раз. Не было. Я вытащила телефон и сфотографировала разворот, потом засунула журнал обратно в папку, папку положила в саквояж. Замок снова щелкнул. На этот раз звук был уже не вызывающий, а деловой.
