Глава 1. Коробочка счастья
Уходя домой после рабочего дня, Майя решила прогуляться через парк. Возле одной из мусорок она заметила небольшую коробку. Та странно шевелилась.
Может, ветер?
Нет. Вечер стоял тихий и безветренный. Из-под картона доносилась возня.
Щенята? Котята?
Майя подошла ближе, опустилась на корточки и заглянула внутрь.
Ни щенят. Ни котят. Даже хомячков не было.
В коробке лежали младенцы. Двое. Два крошечных свёртка.
— Нет, — выдохнула она. — Не может быть.
Могло. Ещё как могло.
Майя осторожно откинула край пелёнки. На неё смотрели две пары глаз — широко открытых, не по-младенчески осмысленных. И от этого взгляда у неё защемило под ложечкой.
— Им месяца три, не больше, — прошептала она. — Они прекрасны.
Кто подбросил их в парке? Впрочем, это уже не важно. Они здесь. Без родителей. Без дома. Без надежды, что кто-то придёт и заберёт их обратно.
Майя оглянулась. Вечерняя улица была пуста.
Она опустилась на колени прямо на холодный асфальт, разглядывая туго спелёнутые свёртки. Дети не плакали. Они просто смотрели на неё.
Рассмотрев их получше, Майя поняла: два мальчика. Она прикоснулась к холодной щеке того, что лежал слева.
— Да вы же замёрзли!
В голове заметались мысли: оставить здесь? вызвать полицию? отнести в ближайшую больницу?
Майя протянула руку, чтобы развернуть край простыни, и замерла.
Под тканью что-то блеснуло.
Осторожно, стараясь не напугать малышей (хотя они, казалось, и не спали вовсе), она откинула пелёнку. На груди у каждого ребёнка висел небольшой медальон а на её серебристой поверхности — странные письмена, которых Майя никогда раньше не видела.
— Странно, — прошептала она.
И тут младенец, что лежал справа, вдруг улыбнулся. Не той беззубой рефлекторной улыбкой новорождённых, а вполне осознанно, словно знал что-то, чего не знала она.
Второй младенец, тот, что слева, продолжал смотреть серьёзно. Чуть нахмурившись, он будто оценивал Майю, решая, достойна ли она их доверия.
По спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с вечерним воздухом.
Майя поднялась, сделала шаг назад, потом другой.
Надо позвонить заведующей. Надо сообщить в органы опеки. Надо...
Она не сделала ни того, ни другого.
Вместо этого Майя снова присела и, сама не понимая зачем, взяла оба свёртка на руки. Они оказались легче, чем она ожидала. И теплее. Сквозь тонкую ткань она чувствовала, как ровно и спокойно бьются два маленьких сердца.
— Ладно, — сказала она тихо, обращаясь то ли к детям, то ли к самой себе. — Ничего не обещаю. Но сегодня вы переночуете у меня.
Дома было тихо. Как всегда.
