Дождь над Москвой всегда пах одинаково – мокрым асфальтом, дешевым табаком и безысходностью. Но здесь, на территории бывшего поместья Бельских, дождь пах озоном и стерильностью. Капли воды разбивались о невидимый энергетический купол в пятистах метрах над землей, стекая по его граням мерцающей рябью, словно помехи на старом экране.
Я стоял у панорамного окна своего кабинета на верхнем уровне восстановленного Особняка. Стекло было бронированным, толщиной в пять сантиметров, способным выдержать прямое попадание из РПГ, но для меня оно было прозрачным интерфейсом.
Внизу, в парке, который месяц назад был полем битвы с каменными големами и мутантами, теперь царил идеальный, математически выверенный порядок.
Строительные дроны «Муравей» – шестиногие платформы, напечатанные нами в промышленных масштабах – сновали между новыми корпусами казарм и складов. Они тащили балки, сваривали листы бронестали, прокладывали кабели. Работа шла 24/7. Мой Модуль «Прометей», сердце этой базы, гудел в подземельях, перерабатывая материю и энергию, создавая новую реальность.
[Производство: Линия сборки боеприпасов – загрузка 100%.][Системный отчет: База «Цитадель-1».] [Статус периметра: Активен (Уровень защиты: А+).] [Энергопотребление: 42% от мощности реактора.] [Активные боевые единицы: 40 Синтетов (Серия Т-1), 12 Турелей «Гарпия».]
– Красиво, правда? – голос Инги прозвучал за спиной.
Теперь это была не просто механическая клешня. Это был шедевр кибернетики. Черный матовый сплав, идеально повторяющий анатомию, покрытый тончайшим слоем сенсорной синтетической кожи на ладони. На тыльной стороне кисти мягко пульсировал синий индикатор нейро-связи.Я не обернулся. Я видел её отражение в темном стекле. Она сидела в кресле сбоку, закинув ноги на стол. Строгий деловой костюм темно-синего цвета сидел на ней идеально, подчеркивая фигуру, которую она раньше прятала в мешковатые комбинезоны. Но главной деталью была её правая рука.
– Эффективно, – поправил я. – Красота – это побочный продукт функциональности.
– Ты такой романтик, Макс, – она хмыкнула, крутя в металлических пальцах стилус. Движения были настолько быстрыми, что глаз едва улавливал их. – Делегация прибыла. «Комитет Десяти». Они у ворот.
– Пусть ждут. У них есть пять минут, чтобы подумать о своем поведении.
На нем отображалась прямая трансляция из «Хранилища». Подвальный уровень минус пять.Я отошел от окна и направился к стене, где висел огромный экран.
Его тело, искаженное контактом с Бездной, частично восстановилось, но он все еще выглядел как монстр, запертый в человеческой коже. Серые шрамы-руны на груди, неестественно бледная кожа. К его голове были подключены десятки проводов.Там, в центре зала, залитого холодным голубым светом крио-установок, стояла капсула. Внутри, в анабиозе, плавал Князь Андрей Бельский. Мой отец.
