БАХ
04:58 - ПОД КОРОЙ
Мир бесит меня с рождения. Отвечаю ему тем же, чем богат.
Тьма, теплая и гулкая, пахнет соком сейбы и чьим-то свежим дерьмом. Час назад надо мной, в трех сантиметрах от левого уса, повисла вниз головой летучая мышь и невозмутимо просралась прямо на кору. Ни капли смущения. Вот же мразь крылатая. Хоть бы предупредила.
Сплю я условно. Оцепенение, из которого выдергивает встроенный термометр: усики, по одиннадцать на каждом, обвешанные сотнями сенсилл, таких крошечных терморецепторных волосков, каждый на своем нерве, и каждый со своим мнением, ловят перепад в четыре десятых градуса быстрее, чем я успеваю понять, что вообще что-то почувствовал. Солнце примеряется к горизонту. Пора шевелить костями и да, они у меня снаружи, а не гниют в мясе, как у половины местной шушеры.
Зовите меня Бах. Именно это слово я говорю миру примерно раз в сутки, и мир, сука, слушает, после него кто-то обычно с воплем ломится в кусты.
Brachinus diabolicus. Сам придумал. Звучит! Академики пока не в курсе. Мне нравится, значит, так пусть и будет.
Хитин снаружи, в три слоя, как бутерброд, точнее, как несъедобный бутерброд, сверху воск, без которого я бы высох за час на здешней жаре, как позавчерашняя лужа. Под ним броня, задубленная намертво, а в глубине то, что способно еще расти. Панцирь рыже-черный, девять месяцев без единой сквозной пробоины. Линял только личинкой. Теперь это навсегда, без права на апгрейд, без гарантии, без возврата.
Разжимаю жвалы, сомкнутые всю ночь. Спать с открытой пастью в этом лесу - самоубийство с доставкой на дом.
Есть причина шевелиться раньше обычного. Вчера на закате ветер принес феромон, слабый, на самой границе, и след тянулся неправильно далеко. Либо у нее сбой в железе, либо она из тех редких, чей сигнал бьет втрое дальше нормы, а такие на дороге не валяются. К такой всегда бежит кто-то еще с другого края леса, и приходит первым не тот, кто громче кричит, а тот, кто раньше вышел.
Есть, однако и тонкость похуже. Такой сигнал самка не держит больше суток. Либо я доберусь до нее раньше, чем следующий рассвет закроет дверь, либо она замолчит навсегда, переключится на кого-то ближе или просто перестанет жечь феромон в пустоту. Так что, у меня ровно одни сутки. Они уже начались.
Я вышел на рассвете. Значит, пока веду.
Не сдох - уже победа. Говорю себе это каждое утро. Сегодня, впрочем, работает как-то особенно.
05:41 - ГОРОД БЕЗ ЧЕРТЕЖЕЙ
Высовываю голову из трещины в стволе.
Тысячи крошечных объективов сшивают из мозаики размытое, зато мгновенное кино. Движение я ловлю раньше, чем оно успевает начаться. У мира будто украли первый кадр, и мне за это только спасибо.
