Анфискино счастье.
Ур Занг, не моргая, стоял на вытяжку перед капитаном, который сидел на своем рабочем месте и был тоже недвижим. Они больше походили на экспонаты кунсткамеры – огромные обтянутые зеленой кожей черепа; лишенные радужной оболочки черные глаза; застывшие как маски лица с двумя носовым отверстиями; узкие полоски ротовых щелей; застывшие двухметровые фигуры в облегающих черных комбинезонах. Однако, они были командой бота дальней разведки, и между ними сейчас шел интенсивный диалог.
– Как это случилось? – телепатировал капитан Зур своему подчиненному.
Ни один мускул не шевельнулся на лице Ур Занга. Он понимал, что совершил ошибку и был готов к любому исходу этого разговора.
– Не могу знать, сэр, – телепатировал в ответ Ур Занг. – Скорее всего, при попытке обойти ногайский носитель контейнер сорвало с внешних креплений, и он был выброшен в открытый космос. Маневр уклонения был слишком рискованным.
Капитан Зур невидящим взглядом уставился на экран главного корабельного поста, осмысливая произошедшее. Под ними неторопливо вращалась прекрасная голубая планета, которую они открыли около часа назад, но ему сейчас было не до нее. При выходе их бота из подпространства произошло ЧП. Такое бывало и раньше, но крайне редко. В точке выхода они налетели на выходивший практически в той же точке маточный носитель Ногайской Федерации. Размеры носителя были не сопоставим с размерами бота, и им пришлось на полном ходу разворачивать бот почти на сто восемьдесят градусов. Инерционные компенсаторы защитили команду от убийственных перегрузок, но не смогли спасти навесное оборудование. В результате контейнер с автономным разведывательным зондом бесследно исчез с поверхности бота. И теперь сложнейший самообучающийся дрон, снабженный собственным интеллектом и предназначенный для глубокой разведки новых планет, находился, скорее всего, на вращающемся под ними голубом шарике. И, судя по показаниям приборов, дрон уже был активен и приступил к своей основной работе. Они висели как раз над центром самого большого на этой планете континента, и с чего начинать поиски дрона Зуру пока было непонятно. А начинать было необходимо.
По большому счету, потеря дрона была мелочью по сравнению с тем, что могло произойти, врежься они в корпус многокилометровой ногайской махины. Одними дипломатическими нотами здесь дело бы не обошлось. Межпланетная комиссия разобрала бы их с Зангом на атомы и неизбежно понизила личные статусы. Но любая утечка информации о других цивилизациях в Галактическом Содружестве была строжайше запрещена, и поэтому дрон, как реальное свидетельство наличия во Вселенной более высокоразвитой жизни надо было срочно изъять с этой дикой планеты.
