Папа и мама гордились нами. Нас было пятеро — две девочки и трое мальчиков. Ещё бы: у зелёных драконов редко бывает такое большое потомство. Обычно рождаются двое или трое детёнышей, а пятеро — большая редкость.
Жили мы в огромном дереве, одном из тех лесных гигантов, что поднимают свои ветви высоко над землёй. Сердцевина дерева давно подгнила, и внутри образовалось просторное дупло. В нём свободно помещались два взрослых зелёных дракона и всё их потомство.
Мама очень баловала нас. Она почти всегда сидела рядом. Правда, иногда ненадолго улетала, а потом приносила живую белку. Белка весело прыгала по дуплу, пытаясь спрятаться, но мяса в ней было мало. Зато тому, кто первым её поймает, доставался лучший кусок от добычи, которую приносил папа.
А папа всегда приносил что-нибудь вкусное. То большую жирную свинью, то молодую газель, то крупного оленя. Мы съедали добычу всей семьёй.
Потом папа пропал.
Вскоре начали исчезать и другие зелёные драконы. А затем одна из самок сумела спастись и принесла страшную весть. Оказалось, на нас охотится огромный чёрный дракон. Он выслеживал зелёных драконов, устраивал засады и пожирал их одного за другим.
Мама сказала, что редко когда бывало такое, чтобы драконы поедали драконов. Но этот, видимо, полюбил охоту на зелёных. Ведь зелёные драконы самые маленькие и прячутся в лесу, а чёрные вместе с красными — самые крупные и сильные.
А потом пропала и мама. Мы плакали, звали её, но она так и не пришла. Мы были голодные, но наш плач услышал он — здоровый чёрный дракон. Он заглянул в дупло, увидел нас и мгновенно схватил самого ближнего мальчика. Мы разбежались по дуплу и попрятались, но он никуда не ушёл. Он так и сидел и ждал, пока мы проголодаемся и выберемся сами.
Я не знаю, как маленькие детёныши могли насытить такого здорового дракона, который даже не пролазил в наше дупло своей мордой. Но он ждал нас. Может быть, мы были для него какие-то особенно вкусные.
Мальчик, что был крупнее меня, решил, что укусит чёрного дракона — тот испугается и убежит. Он выскочил — и тут же раздался хруст. Мы увидели, как от него остался только хвостик, а потом и хвостик тоже пропал. Девочки испугались и заплакали.
А в дупло заглянул один глаз, потом другой. Затем он вдохнул огнём, и я прикрыл девчонок крыльями. Мне слегка обожгло крылья, но не сильно — только перепонки немного повредило. Но летать я всё равно не умел, поэтому не страшно, хотя и очень больно.
Девочки начали облизывать мои крылья. Так мама всегда делала, когда кто-то из нас ломал что-то, прокалывал кожу или дрался до крови.
