Глава 1. Пробуждение в пекле
Я очнулся от аномальной жары.
Не от тёплого дуновения летнего утра, не от духоты закрытого помещения – от аномальной жары, будто сам воздух превратился в раскалённую плазму. Каждый вдох обжигал ноздри, горло, лёгкие. Пот лился ручьём, мгновенно испарялся, оставляя на коже липкий солёный налёт. В воздухе висел тяжёлый запах перегретого металла, озона и чего‑то сладковато‑гнилостного, от которого к горлу подкатывала тошнота.
Открыл глаза – тьма. Но не обычная ночная темнота, а густая, вязкая, словно пропитанная жаром. Она пульсировала, будто живое существо, дышащее раскалённым воздухом. Казалось, сама тьма обжигает глаза, давит на веки, проникает в зрачки.
Пошевелился – под ладонями не бетон, не металл, а что‑то… совершенно другое. Поверхность была гладкой, но в то же время пористой, словно губка, пропитанная кипящим маслом. Прикосновение обжигало – я отдёрнул руку, но на пальцах остались липкие следы, светящиеся тусклым оранжевым светом. Они медленно стекали вниз, оставляя на коже фосфоресцирующие дорожки.
«Что это?!» – мысль прострелила мозг, но ответа не было.
Нащупал запястье. Браслет. Металл горячий – будто прижжённый к коже. Цифры: 6645. Что это значит? Почему они здесь? Пальцы дрожали, когда я пытался разглядеть гравировку. Цифры словно пульсировали, меняя очертания при каждом моргании.
Попытался встать – голова взорвалась болью. Перед глазами поплыли цветные пятна: алые, оранжевые, жёлтые – будто внутри меня зажгли фейерверк. Сглотнул – во рту привкус пепла и металла, словно я только что глотнул раскалённых углей. В глотке першило, каждое дыхание отдавалось хрипом, будто лёгкие покрылись коркой нагара.
Где я?
Кто я?
Вопросы бились в черепе, но ответов не было. Только эхо собственных мыслей, искажённое жаром, будто я говорил в гигантскую металлическую трубу. В ушах стоял непрерывный звон, временами переходящий в низкочастотный гул, от которого вибрировали кости.
Начал ощупывать пространство вокруг. Стены близко – можно коснуться, вытянув руки. Но это не бетон, не кирпич, не металл. Что‑то гладкое, но липкое, будто покрытое слоем горячего воска. В некоторых местах поверхность пузырилась, издавая тихий шипящий звук – будто под ней кипела неведомая субстанция.
«Это… плавится?» – подумал, отдёргивая руку.
Пальцы оставили на поверхности вмятины, которые медленно, с тягучим звуком, возвращались в исходное состояние. Я провёл рукой – след засиял тусклым красным светом, будто раскалённый металл. Кожа на ладони покраснела, покрылась мелкими волдырями. Боль пришла не сразу – сначала было просто тепло, потом жжение, и лишь через несколько секунд – острая, пронизывающая боль.
