___________________________________________________
В груди вместо сердца — метроном. Бам-бам-бам. Отсчитывает последние секунды до того момента, когда свинцовые пчелы долетят до моей головы. Сделают из неё свой улей. Матку будут выбирать. Голосование. Тайное, блядь, демократичное. Кто больше нажужжит — та и главная.
Вместо мозгов — соты. Аккуратные. Шестиугольные. Идеальная геометрия там, где раньше был просто бардак. Вместо мыслей — мёд. Липкий, сладкий, с привкусом гнили. Вместо воспоминаний — личинки. Белые. Жирные. Копошатся там, где ещё вчера было лицо матери, вкус первого поцелуя, запах дома, которого больше нет.
Личинкам плевать на ностальгию. Они жрут. Растут. Ждут.
Бам-бам-бам. Это мой метроном ещё барабанит? Или пчелы уже пробуют стенки черепа на прочность? Примеряются, где прогрызать ходы к сотам.
Пока жив.
Кровь во рту — солёная, с привкусом ржавчины и желчи. Бедро горит. Сквозное? Касательное? Нет времени проверять. Чувствую одно: через эту дыру вытекает жизнь. Вместе с последней надеждой дожить до рассвета.
В больницу нельзя. Там точно встретят. Вежливые люди с ксивами или злые — те, у которых я спиздил реликвии. И те, и другие, придут со шприцом. Усыпят, как бешеного пса. Навеки вечные. Аминь.
Ноги — два бетонных столба. Тащу их волоком. Петляю по пригороду, ныряю в темноту. Гаражи. Склады с чужим хламом. Трансформаторные будки, где провода гудят, как нервы перед припадком. Бегу как заяц. Знаешь таких зайцев? Лапу уже отрезали. На сувенир. Чтобы удача грела пальцы в кармане.
Я не строю из себя святого. Виновен. Каюсь.
Лёгкие деньги — как половой акт с проституткой за вокзалом. Быстро, грязно, и потом полгода лечишься. В лучшем случае.
А смерть — это не проститутка. Смерть — это толстая баба в ватнике. Наваливается всем весом и тащит вниз. К асфальту. К земле. Она наверняка прикупила мне лопату. По акции. Две по цене одной. Второй — мне копать?
Расплачиваться будет моими же органами. Если они ещё на что-то годятся.
Но пока метроном в висках стучит. Бам-бам-бам. Перебивает их бах-бах-бах за спиной. Бегу. Зигзагом. По сумраку города, где фонари горят как свечки. За упокой.
Бам-бам-бам. Бах-бах-бах.
Посмотрим, кто из нас погрузится в вечную тишину первым.
Взгляд привлекает вывеска. Горит неоном. На стене, покрытой копотью: «БОГ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ». Здание красивое. Высокое. И недавно здесь был пожар. Двери, калитка — всё обмотано жёлто-чёрной лентой. Трепыхается на ветру, как флаги величайшей империи.
Подбегаю. Дёргаю ручку. Бинго. Открыто.
Что за церковь — мне насрать. Я атеист. Но… Бог, если ты есть — я заплачу. Кровью. Уже плачу, по полной. Капаю на крыльцо.
