Кабинет 666
Глава I
1936 год. Начало мая. На небольшой привокзальной площади торговки пирожками зазывают публику отведать горячей выпечки. Здесь же, заняв четыре скамейки, расположились человек пятнадцать цыган. Народ говорливый и по природе своей хитёр на уловки. Четыре цыганки окружили мужичка, наверное, как то приветившего их и по – своему обрабатывают. Тут же, малые ребятишки просят милостыню и желают погадать.
–Тётенька, дай мелучи, я и погадать могу.
Какие-то сумки, свёртки, мешки заполонили всё вокруг и пожилые цыгане восседают на них, охраняя своё добро от нежелательных гостей. А таких на вокзале хватает. Метрах в сорока в стороне местные бабки продают солёные огурчики, помидоры. Семечки идут нарасхват. Ну и конечно водочка у них не редкость. За всем этим наблюдает со стороны человек, угрюмый на вид, плотно сбитый с большим рюкзаком на плече. Потрёпанный сюртук, затянутый кожаным поясом, больше похоже на брезентовые, чёрные потёртые штаны и старые ботинки – вот и весь его внешний вид. Минут через сорок должен подойти пассажирский состав. Человек ждёт его с нетерпением, т.к. в пункте назначения дел у него не в проворот. Время летит незаметно и вот объявляется прибытие поезда.
Площадь зашевелилась словно потревоженный улей. Тут же образовалось два основных потока людей. Одни, которые приезжие, стали заполнять площадь, разливаясь по всей её ширине. Другие – с мешками, чемоданами и мелкой поклажей спешили занять места в вагонах и торопились, раздвигая впереди несущими чемоданами а кто и локтями плотную толпу. Человек с рюкзаком так же вышел на перрон, вытряхнул остатки поистлевшего табака из трубки, сунул её за пазуху и направился в конец состава. За десять минут стоянки он спокойно дойдёт до своего вагона и войдёт в тамбур уже тронувшегося поезда. Ехать ему около трёх суток но он совершенно спокоен.
Поезд набирает полный ход и под перестук колёс на стыках и редких стрелках человек наблюдает убегающие дома и постройки, машины, стоящие на переезде, убывающую к далёкому лесу дорогу, мелькающие всё быстрее и быстрее близ лежащие деревья и кустарник. Человек покачивается в такт с вагоном и губы его шепчут что то непонятное, похожее на молитву. Затем он словно просыпается,
Поворачивается, чтобы пройти в вагон и видит перед собой двоих крепких парней. Те смотрят на него и на рюкзак около минуты, затем набрасываются, чтобы отнять поклажу. Один из них, судорожно открывает рот, закатывает глаза и мешком падает на пол. Другой, опешивший от такого рода событий, стоит, парализованный увиденным. В руке человека с рюкзаком красной от крови он видит какие то внутренности своего упавшего приятеля. Затем открывается выходная дверь и ещё не остывший труп лежащего вылетает вон из тамбура. Дверь тут же захлопывается и слышен только перестук колёс. Человек с рюкзаком смотрит на второго. Тот весь съёживается и забивается в противоположный угол тамбура, закрыв лицо руками. Его всего бьёт нервный тик. Он ощущает дуновение леденящего воздуха, открывает глаза и ничего не видит, кроме большой пуговицы, оторвавшейся у кого то в посадочной сутолоке. Ни крови, ни стонов. Всё пропало, как дикий и страшный сон. Парень чуть приходит в себя, оглядывается. В тамбуре никого. Рывком подаёт тело к двери. Она заперта на замок. Ничего не напоминает о случившемся. На полу, кроме пуговицы, в углу валяются несколько окурков и мелкие кусочки угля. Всё. Больше ничего нет. Парень поднимает глаза, пробегает взглядом по стенам и по потолку. Всё на своих местах, но его бьёт нервная дрожь. Только минут через десять он немного успокаивается и приходит в себя. Скоро будет небольшой разъезд. Поезд останавливается на три минуты, дожидаясь встречного, – думает он,– здесь и сойду.
