То, что нас не убивает, делает нас сильнее.
Ф. Ницше
Придавив лапами к земле только что пойманного в прыжке слепня-переростка, заяц вонзил свои острые как бритва резцы в мягкое брюшко и откусил от него приличный кусок. В агонии насекомое махало крыльями и перебирало в воздухе лапками в напрасных попытках освободиться и отсрочить гибель.
Тщательно пережевывая пищу, ушастый мутант приподнялся над травой и осмотрелся в поисках опасностей. Все было спокойно. Ничто не мешало наслаждаться утренней трапезой.
Вскоре от слепня ничего не осталось, и, хотя насекомое своими размерами могло сравниться с котенком или щенком, заяц еще не утолил свой голод. Желудок зверя настойчиво требовал добавки.
Русак неторопливо поскакал вдоль шоссе. Две пары длинных ушей-локаторов старательно улавливали малейший шорох – не притаился ли в кустах более грозный хищник, не пролетает ли поблизости птица или новое насекомое? Последнее время он не брезговал любой пищей.
Однако не его одного сейчас мучил голод.
Залегшая в высокой траве лиса выскочила внезапно, но застать зайца врасплох ей не удалось. Он среагировал мгновенно и бросился наутек.
Молодая плутовка не уступала в скорости стареющему русаку и, как бы тот ни пытался юлить и маневрировать, дистанция между ними постепенно сокращалась. Заяц чувствовал это, поэтому выбора у него не оставалось. Не сбавляя скорости, он совершил мощный прыжок вверх. Не ожидавшая такого маневра лиса по инерции пробежала вперед. Как раз в этот момент мутант приземлился аккурат ей на спину и, не дав врагу опомниться, впился зубами в загривок.
Рыжая истошно заверещала. Она подскакивала на бегу, волной выгибала тело, стараясь сбросить с себя внезапный балласт. Заяц держался крепко. Он уже прокусил шкуру и все глубже загонял резцы в плоть. Тогда лиса сменила тактику. Она кубарем покатилась по земле, и это принесло свои плоды – правда, ненадолго. Русак отцепился и тут же снова пошел в атаку. Роли поменялись, теперь уже хищник стал жертвой.
Нутром лиса понимала, что ее песенка спета. Рана на шее кровоточила, и неудачно подвернутая при падении лапа не давала развить максимально возможную скорость. Зато у зайца, похоже, открылось второе дыхание, предвкушение продолжения банкета гнало его вперед с удвоенной энергией.
Погоня завершилась так же неожиданно, как и началась. Выбежавшая на дорогу посреди населенного пункта лиса слишком поздно заметила едва различимое марево прямо перед собой. Ни остановиться, ни уйти с намеченного курса она уже не успевала – и на полном ходу врезалась головой в невидимый барьер. Шея не выдержала столь чудовищного удара. С глухим хрустом позвонки надломились – и бездыханное животное грянулось оземь.
