ГЛАВА ПЕРВАЯ
Происшествие у театра
Туман над Эссеном стоял плотный, влажный, будто еще не решившийся покинуть узкие улочки города. Он висел над черепичными крышами, сливался с дымом фабричных труб и казался частью самого утра, сизый и неподвижный.
Свет от окна едва пробивался сквозь белесую дымку, и комната казалась наполненной чем-то неуловимым, будто воздух стал гуще, а тишина – более глубокой. Элизабет сидела перед трюмо, ещё не до конца проснувшись, медленно проводя щёткой по волосам и наблюдая за затаившимся в отражении лицом. Ничего особенного – утренний румянец, ровные черты, задумчивый взгляд. Но она никак не могла избавиться от тяжёлого ощущения, будто вместе с солнцем в комнату проник еще один гость – тень вчерашнего вечера.
Сначала она решила что смутное беспокойство, причину которого она не могла ещё вполне осознать – лишь воспоминание о вчерашней театральной суете. Но утро оказалось менее снисходительным, чем ночь. Оно вернуло то, что она вчера ночью пыталась забыть. Элизабет поднялась, отодвинула тюлевые занавеси, впуская холодный утренний свет…и тут же, затаившееся воспоминание резануло ей память: слова нищего бродяги услышанные минувшей ночью, вспыхнули с такой силой, будто их произнесли заново.
«Шкатулка! Серебряная шкатулка!
Ты не должна терять её…
Дочь Фараона не должна потерять её!»
Элизабет произнесла эти фразы шёпотом, проверяя, звучат ли они так же странно вслух, как и в её памяти. Да, они с Луизой ведь и в самом деле наткнулись на того нищего старика который бросился к ним у ворот театрального двора….безумный бродяга, один из множества в Эссене.
Странная дрожь прошла по спине. Она закрыла глаза. Да, это было…и она помнила каждую секунду.
«Шкатулка…?»
Она покачала головой, будто могла стряхнуть с себя остатки тревоги.
– Глупости, – сказала она себе. – Усталость. И всё.
Бедный старик.
Сколько их здесь – выброшенных судьбой, потерявших разум, шатающихся по улицам в поисках хлеба или тепла. Но почему её так тронули эти слова? Она не знала. Она отложила щётку и глубоко вдохнула. Надо отвлечься.
Сегодня они все были приглашены в гости к Вильгельму Штауфенбергу – владельцу местного музея античных искусств, уважаемому человеку, ухаживающему за Луизой, её кузиной, уже пол года. И обед у Штауфенберга, и упоминаемое им ранее приглашение посетить его музей, что как он надеялся, могло послужить упрочению его взаимоотношений с Луизой, прогулка по залам – всё обещало интересный день.
____________________________________________________
За дверью звякнула фарфоровая чашка – тётя Берта уже готовила чай.
