Пышная и густая коса выскользнула из рук Агаристы и шуршащим потоком хлынула на колени. Молодая женщина вгляделась в гладь зеркала, в глубине которого мелькали блики от лампы и улыбнулась. В этой улыбке не было гордости за свою дивную красоту, в этой улыбке была горечь, тоска по неиспытанному счастью.
Когда она подняла руку, чтобы поправить гребень, на запястье звякнул браслет – тонкая золотая змейка с яркими изумрудными глазками, очень изящной работы.
Царица любила наряжаться без помощи служанок, когда от государственных дел оставалось немного времени. Вот и сейчас выдалась такая минута досуга, когда основные заботы были завершены, а впереди грядущим вечером можно было полюбоваться на выступление приезжих артистов.
Агариста поправила тёмные складки своего одеяния и коснулась рукой левого колена.
Ей ли, владычице процветающего государства, омываемого водами теплого моря, опять вспоминать о том, что послужило виной тому, что она - дочь царя, была лишена возможности такой привычной женской судьбы как стать женой владетеля одного из соседских царств и матерью наследников?
Вместо этого наследницей престола стала она сама.
Девять лет уже длилось ее царствование. Поначалу она боялась принять лишнее решение без совета с приближенными к трону лицами. Но со временем шаги юной царицы становились все более уверенными.
Принцесса с детства была не только невероятно красива, с её яркими синими, как море в жару, глазами, белым лицом, с правильными и ровными чертами, и, конечно волосами, окутывающими статную фигуру блестящим покрывалом цвета меда или солнца, отраженного в янтаре.
За образованием царевны следили, особенно, когда стало понятно, что выдать замуж знатную деву будет невозможно.
Нет, с момента, когда она пришла в пору своего расцвета, за ней сватались и немало.
Агариста очаровывала не только сиянием своей красоты, но и голосом, нежно и звучно исполнявшим древние гимны под мелодичное пение струн арфы, своими познаниями в области философии и искусства, сведениями в политике.
Она и на коне держалась величественно, как и подобало девушке ее круга.
Вот только стремя слева было поднято выше. Значительно выше, чем это было у других наездников.
И только танцам не учили девушку, в них она попросту не могла преуспеть.
Тень Агаристы всегда кренилась к полу.
Левая нога принцессы была сильно короче другой, колено плохо сгибалось.
Лекари и знахари утверждали, что произошло это по вине темных сил, либо из-за колдовства.
Другие – будто мать девочки нарушила некий обет.
Но были и те, кто считал, что хромота принцессы – особый знак, предначертывающий необычный путь.
