Главная героиня: Вера Горемыкина (28 лет). Бухгалтер в сантехнической фирме. Живет в хрущёвке с котом-акридом.
Герой: Платон Золотовской (внешне — краш-менеджер в банке «Денежки вперед»). На деле — потомственный рыбий куратор. Очкастый, язвительный, с челкой, которую постоянно поправляет. Страдает аллергией на чешую.
Антагонист: Золотая Рыбка (по паспорту — Злата Ювелировна). Выглядит как гламурная блондинка в пайетках, но периодически пускает пузыри. Обожает мелкие подставы.
Второстепенные: Соседка снизу баба Нюра (колдунья-пенсионерка), участковый Геннадий Швабрин (подозрительный), хомяк-ростовщик Хома.
ЧАСТЬ 1. «Бабушка, я не наследство просила»
Глава 1. Кот, сантехник и обещание чуда
— Морфей, ты чудовище, — сказала Вера Горемыкина, рассматривая третий звонок за утро.
На экране телефона горело: «Банк "Денежки вперёд". Входящий вызов № 47 с начала недели».
Кот Морфей, толстый рыжий нахал с мордой бывалого коллектора, сидел на холодильнике и вылизывал лапу с таким видом, будто именно он, а не Вера, платил ипотеку за кухню площадью три целых две десятых квадратных метра.
— Я не чудовище, я — прекрасный котик, — лениво ответил Морфей.
Вера не удивилась. Её кот разговаривал только по средам, и только когда было настроение. Сегодня была среда. Настроения у кота, судя по всему, хватало.
— Ты в курсе, что у меня через два дня просрочка? — спросила Вера, глуша звонок. — Если я не внесу двадцать три тысячи, банк отнимет мою кухню?
— Наивная, — кот спрыгнул с холодильника, приземлившись прямо на стопку неоплаченных квитанций. — Они отнимут не кухню. Они отнимут холодильник. А в холодильнике — моя сметана.
— Вот о чём ты думаешь, Морфей? О сметане.
— А ты о чём? Об ипотеке. И где твоя ипотека? Правильно. В банке. А моя сметана — здесь. Кто умнее, Вера?
Вера застонала и уронила голову на стол. Прямо в тарелку с утренней гречкой.
Ей было двадцать восемь. Она работала бухгалтером в сантехнической фирме «Унитаз-Мастер Групп». Зарплаты хватало ровно на корм коту, гречку и минимальный платёж по ипотеке. Который, как назло, вырос в этом месяце на полторы тысячи, потому что банк поднял ставку.
— Ну почему, — простонала Вера в гречку, — почему я в двадцать три года решила, что своя кухня — это важнее, чем личная жизнь?
— Потому что личная жизнь не варит борщ, — философски заметил кот. — А кухня варит. Теоретически. Если бы ты на ней умела готовить.
— Заткнись, Морфей.
Вера подняла голову. Гречка прилипла ко лбу. Кот смотрел на неё с выражением глубочайшего презрения.
В этот момент в дверь позвонили.
