Глава 0.1. Последний вдох
Палата интенсивной терапии пахла стерильностью и смертью.
Мария открыла глаза и увидела белый потолок с трещиной, похожей на молнию. Эта трещина была здесь всегда - все три месяца, что она лежала в этой кровати. Она знала каждую её развилку, каждый микроскопический излом. Иногда ей казалось, что трещина растёт вместе с её опухолью.
- Маша, ты меня слышишь?
Голос отца. Глухой, надорванный. Он не плакал - он перестал плакать две недец назад, когда врачи сказали, что химиотерапия бесполезна. Теперь он просто сидел рядом, сжимая её ладонь, и смотрел на мониторы, где пульс становился всё тише.
- Слышу, пап, - прошептала она. Губы пересохли, язык казался куском наждачной бумаги.
Ей было двадцать три года. Два года назад она взяла золото на чемпионате Европы по тхэквондо. Тренеры говорили, что у неё будущее олимпийской чемпионки. Потом началась усталость. Синяки, которые не проходили. Анализы крови. И вердикт, который рушит всё: острый лимфобластный лейкоз.
Отец - бывший тренер по тхэквондо, заслуженный мастер спорта - продал квартиру, машину, всё, что можно. Но рак оказался сильнее.
- Я горжусь тобой, - сказал отец. Его пальцы дрожали. - Ты самая сильная... самая...
Она хотела ответить, но вместо этого услышала, как зашипел аппарат ИВЛ. Медсёстры вбежали в палату, кто-то кричал, отец отступил к стене, закрыв лицо руками.
Мария смотрела на трещину в потолке и думала о странных вещах. Не о медалях, не о несбывшихся планах, не о парнях, которых у неё почти не было. Она думала о дорамах.
Глупо, да? Девушка умирает от рака, а в голове - корейские исторические сериалы. «Императрица Ки», «Хваран», «Лунные влюблённые». Она пересмотрела их сотни раз, лёжа в больнице. И манхву - «Обещание Орхидей», «Леди и дракон», «Трон крови». Миры, где женщины сражались за власть, где мечи звенели о мечи, где можно было умереть красиво, а не вот так - на простынях, пахнущих хлоркой, с капельницами в венах.
Почему я не родилась там? - думала она сотни раз. Почему я здесь, в этом теле, которое меня предало?
Медсёстры что-то делали с её руками, но Мария уже почти не чувствовала боли. Только холод, ползущий от пальцев ног к груди.
Она закрыла глаза и прошептала - так тихо, что никто не услышал:
- Боги... все боги, которых нет... если вы существуете... если есть хоть какой-то смысл в этой смерти... дайте мне другую жизнь. Не здесь. Там. В мире мечей и дворцов. Я буду сражаться. Я не сдамся. Я выиграю ту битву, которую проиграла здесь...
Она не знала, верит ли в богов. Но когда смерть - единственный собеседник, начинаешь верить во всё.
