Глава 1. Рожденный с кожей
Звук «Асклепия» был белым. Он не имел частоты, не имел ритма — ровное, бесконечное шипение климатических мембран, разработанное Сетью для того, чтобы полностью подавлять внутренний шум человеческого страха.
Дэвид Вэйн стоял у кварцевого щита родильного бокса 12-го яруса Лас-Вегасского Кондоминиума. Ему было сорок два года, но его лицо, избавленное от морщин ежемесячными инъекциями био-геля, казалось отлитым из того же матового композита, что и стены коридора. На его сетчатку проецировался лог Сети. Зеленые строчки данных бежали ровно, без флуктуаций. Пульс роженицы — 68. Давление — 110 на 70. Уровень эндорфинов в плазме — 94%.
— Всё идет по протоколу, Дэвид, — раздался в его слуховом канале мягкий, синтезированный голос домашнего куратора. — Марта не испытывает деструктивных соматических ощущений. Сеть купировала болевой синдром на стадии раскрытия в три сантиметра.
Дэвид кивнул, поправляя воротник безупречно белой, немнущейся рубашки. Он был старшим системным аналитиком Сектора Распределения Благов. Он сам писал алгоритмы, которые сегодня лишали его жену боли. Он гордился этим. Его собственный отец когда-то рассказывал ужасные истории из начала века — о больницах, пахнущих хлоркой, о криках, о сукровице на кафельном полу. Это было дико, грязно и неэффективно. Теперь мир был чистым.
Внутри бокса плавали три манипулятора «Асклепия». Их суставы, покрытые мягким силиконом цвета человеческой кожи, двигались со звуком скользящей по стеклу резины. Один из манипуляторов сделал едва заметное микродвижение. Лазерный скальпель разделил ткани без единой капли крови — Сеть мгновенно запаивала сосуды.
Спустя сорок секунд механическая лапа бережно подняла младенца.
Натан Вэйн не закричал. Он судорожно вдохнул стерильный, очищенный от всех природных аллергенов воздух и издал тихий, хриплый писк. Это было начало весны 2030 года. На сетчатке Дэвида всплыла служебная отметка: «ID 089-112-NV. Дата рождения: 03.03.2030. Статус: живой».
Дэвид улыбнулся, готовый зафиксировать в своем терминале статус «Оптимальный». Но зеленые строчки на его сетчатке вдруг дернулись и окрасились в тревожный янтарный цвет. На светящемся маркере над люлькой-инкубатором вспыхнула надпись: «Внимание. ID: 089-112-NV. Субъект демонстрирует гиперчувствительность кожных рецепторов. Уровень тактильного отторжения воздушной среды — высокий. Рекомендуется калибровка влажности».
Через два часа, когда Дэвиду разрешили войти в бокс после прохождения шлюза дезинфекции, Марта уже спала. Её лицо было безмятежным, застывшим в маске искусственного покоя, вызванного седативными препаратами Сети.
