Кровавое зарево поднималось на востоке. Слишком рано для рассвета. Значит, где-то там, за черными зубцами гор, пылала Баленсия, мой родной край. Стоя у окна, в самой высокой башне замка, мне казалось, что я чувствую запах гари и слышу крики людей. Дети, женщины, старики… Пощадит ли их Ольден? Нет, это чудовище не знает пощады. У меня была возможность на себе узнать, какое удовольствие ему доставляют чужие страдания. Ком подступил к горлу, но я не заплакала. Слезы — роскошь, которая мне больше не по карману. Все внутри выжгли годы отчаянья, боли и унижения. Я стала «почетной пленницей» Эндарии, северной вражеской империи. Моя жизнь была гарантом мира между странами, и поначалу эта дорогая цена сдерживала отца от попыток отвоевать Баленсии свободу, но с тех пор слишком многое изменилось. Сзади послышались шаги. Легкая поступь мягких туфель на каблучке и тяжелые удары казенных башмаков. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто пришел.
— Как тебе вид, баленсийская крыса? — спросила Хелена, невеста Ольдена.
Поистине, они друг друга стоят. Я ничего не ответила. Мои мысли находились далеко, рядом с отцом и братом. О победе своей страны я даже не мечтала. Истощенная сначала многолетней войной, а затем голодом и болезнями, Баленсия не способна одержать верх над северянами. Единственное, я надеялась, что отцу и Эмилю удастся спастись. Сбежать в соседние страны Риолон или Шанорию.
— Что, язык проглотила? — усмехнулась Хелена. — Ну, полюбуйся еще немного и спускайся вниз. Ольден приготовил тебе подарок в тронном зале.
Я резко обернулась. Холодок пробежал по спине. Все «подарки» Ольдена ничего хорошего не сулили. И Хелена пришла лично. Это не к добру.
Она запрокинула голову и расхохоталась. Видимо, понравилось выражение моего лица. Столько лет она ненавидела меня и мою страну, и теперь наслаждалась триумфом. Баленсия пала. Скоро от нее останется только пепелище. Ольден сотрет ее название со всех карт, атласов, путеводителей. Сожжет книги по истории и напишет новые. А я… В лучшем случае меня ждет смерть. О худшем старалась не думать. Когтистая лапа страха стиснула мое сердце так, что стало трудно дышать.
Хелена все смеялась и смеялась, пока сквозь слезы не махнула рукой охранникам.
— Забирайте ее. Ольден не любит ждать.
Меня сгребли с двух сторон и потащили вниз.
— Я пойду сама, пустите!
Но мое требование мало кого интересовало. Грубые пальцы впились в плечи и сжали еще сильнее. От боли я вскрикнула.
— Уверена, тебе понравится! — крикнула вдогонку Хелена.
Внутри медленно поднимался… нет, не гнев. Отчаянье такой силы, что я почувствовала себя лисой, угодившей в капкан. Если надо я отгрызу себе руки, но не позволю меня касаться.
