СССР, Севастополь. 21 июня 1941 года.
В ту жаркую ночь, мы всем классом сидели у костра. С моря задувал прохладный ветерок. Пляшущее пламя заставляло и без того причудливые тени водить вокруг нас бесконечные хороводы. Из-за этого, все происходящее больше напоминало шабаш, нежели прощальный вечер выпускников. Впрочем, и без этого, каждый из нас ощущал себя сегодня по-особому. Ведь школьные годы были позади, даже выпускной – и тот уже закончился. После официальной части родители оставили нас в покое и разъехались по домам. Наконец мы были предоставлены только сами себе.
- Вадик, а чего это мы в тишине сидим? - кокетливо спросила Катя. Как бывшая староста, она по привычке задавала тон мероприятию.
- Да, Вадик, сыграй нам что-нибудь веселое! – сказала Валя и прижалась ко мне еще сильнее.
- Ну… раз староста просит… - усмехнулся Вадик и, громко брякнув по струнам, поудобнее перехватил гитару.
Знакомые аккорды быстро заглушили звуки ветра и морского прибоя, и спустя мгновение, все дружно заголосили:
…Расцветали яблони и груши,
Поплыли туманы над рекой.
Выходила на берег Катюша,
На высокий берег, на крутой.
Выходила, песню заводила
Про степного сизого орла,
Про того, которого любила,
Про того, чьи письма берегла...
Наши голоса слились в один. В тот миг казалось, что мы стали чем-то цельным и неразделимым.
Костер, друзья и целая жизнь впереди! Только руку протяни.
Но тогда мы и знать не знали, что за нас уже давно все решили. Правду я узнал лишь несколько десятков лет спустя, когда мне дали доступ к архивным документам того времени.
Нацистская Германия, Берлин. Февраль 1941 года.
Свернув с Вильгельмштрассе темно-синий Mercedes-Benz 770 подъехал к охраняемому въезду Новой Рейхсканцелярии. У ворот как всегда дежурили эсэсовцы. Унтерштурмфюрер – мужчина лет пятидесяти с тяжёлым лицом и холодными глазами, и рядовой – совсем еще мальчишка. Завидев головной автомобиль, они сразу же засуетились. Таких машин на весь Берлин было по пальцам пересчитать, и ни одну из них останавливать караульным не стоило. Вышло бы себе дороже.
- Хайль Гитлер! – в один голос выкрикнули эсэсовцы, когда кортеж поравнялась со сторожевой будкой.
Но важный гость их даже не заметил: он сидел, склонившись над какими-то бумагами.
- Что-то наш морской волк зачастил. – глядя вслед удаляющимся автомобилям, пробормотал унтерштурмфюрер и опустил шлагбаум.
- Поговаривают, ему просто приглянулась одна актриска из УФА. Вот и подбивает к ней клинья старый пес. – ответил молодой.
- Какой позор! – сплюнув в сторону, унтерштурмфюрер скривился, не пытался скрыть своего отвращения. – А как же «Будущее Германии — на воде.»? Совсем забыл про офицерскую честь старик.
