Тяжесть. Всегда эта давящая тяжесть в висках, когда выходишь. Будто чья-то огромная рука разжимает пальцы, выпуская твой мозг на свободу, и он, отвыкший от собственного черепа, расплывается болезненной пульсацией. Я сделал глубокий вдох – сухой, стерильный воздух депривационной камеры пахнул озоном, чистым пластиком и гелем с отдушкой. Сознание, словно пробка, вынырнуло из густого сиропа другой реальности и с хлюпающим звуком в собственном восприятии встало на якорь в привычной точке «Я – Кирилл».
С мягким шипящим звуком раскрылась капсула. Я вылез, обтираясь полотенцем от геля, сел на стоящую рядом табуретку, чувствуя, как затёкшие за долгие часы мышцы спины и ног зудят и кричат. Десять часов непрерывной сессии. Рекорд. Но не ради рекорда, а потому, что там, внутри, наступил момент, который нельзя было прерывать.
Мой нижний кабинет был погружён в полумрак. За стеклянной перегородкой мерцали стойки серверов – не те, что обслуживали мой личный сегмент, а основные массивы кластера «Лихолесье». Зелёные и синие огоньки мигали, как светлячки в цифровом лесу. Я поднялся, прошёл из предбанника в коридор и поднялся из подземелья к себе в рабочий кабинет. Здесь было просторно, минималистично и дорого. Массивный дубовый стол, три изогнутых монитора, на стене – огромная интерактивная панель с картой симуляции в реальном времени. Не берлога затворника, а командный центр. Я был не фриком-одиночкой, я был архитектором. Владельцем. Куратором величайшего эксперимента в области иммерсивной реальности.
Но сейчас я был просто человеком, выпавшим из мира, который ещё несколько минут назад считал более реальным, чем этот.
На главном мониторе мигал значок непрочитанных сообщений. Не рабочая почта, а внутренний мессенджер нашего проекта – с пометкой «Приоритет: личное». Отправитель: ELSA.
Эльза…
То самое сообщение, которое я ждал и которого одновременно боялся. Я кликнул, откинувшись в кресле.
«Кирилл. Ты там? Мы должны поговорить. Я… я поняла. После того, как ты попросил меня найти тебя «за границей». Я сделала это. Вернее, я поняла, где искать. Я не знаю, что это значит для тебя, но для меня это перевернуло всё. Система выдаёт предупреждения по нашему сегменту. Здесь, снаружи. Ты знаешь об этом? Позвони, как только выйдешь. Это важно».
Я посмотрел на время. Сообщение было отправлено шесть часов назад. Я медленно выдохнул и набрал ответ: «Вышел. Готов к разговору. Видео?»
Ответ пришёл почти мгновенно: «Да. Подключаюсь».
Через несколько секунд на экране появилось её лицо. Эльза. Так вот кто такая Йулль в реальной жизни – сотрудница моего же проекта, работающая из Германии. Я видел её лишь пару раз на общих конференциях, да и то мельком. Она выглядела уставшей, но её глаза горели тем же смешанным огнём одержимости и тревоги, что, наверное, горели и в моих.
