Глава 1. Премия и предупреждение
Приглашение пришло на бланке Императорского русского детективного клуба – организация столь же загадочная, сколь и почтенная. Варвара Петровна была номинирована на премию «За вклад в возрождение классического метода» за раскрытие дел в усадьбе Громова и в транссибирском экспрессе. Отказываться было невежливо, да и Татьяна Громова уговорила: «Тётя Варя, вам нужен пиар! Чтобы о ваших методах узнали, и вы могли помогать не только знакомым!».
Так она оказалась в Санкт-Петербурге, в дни белых ночей. Церемония должна была пройти в старинном особняке на Английской набережной. За день до неё Варвара Петровна, в сопровождении всё той же Тани (взявшей на себя роль секретаря и охранника), решила прогуляться по набережной Мойки.
Воздух был прозрачным и нереальным, свет – призрачным. У парапета у Певческого моста они заметили небольшую толпу и мигающие синие огни полиции. На гранитных ступенях, спускающихся к чёрной воде, лежало тело мужчины в дорогом костюме. Рядом с ним, аккуратно поставленный на камень, стоял крошечный горшочек с кактусом вида Astrophytum.
Ледяная рука сжала сердце Варвары Петровны. «Кактусовый рай». Первое дело.
– По предварительным данным, несчастный случай, – говорил молодой следователь, но в его глазах читалась неуверенность. – Господин Перепелкин, известный галерист, видимо, поскользнулся, ударился головой и упал в воду. Вытащили быстро, но…
– И кактус? – негромко спросила Варвара Петровна.
– А, это… странно. Он держал его в руке. Будто нёс кому-то в подарок. Или…
Варвара Петровна приблизилась, не обращая внимания на предостерегающий жест полицейского. Она наклонилась. В колючках кактуса был заткнут свёрнутый треугольником листок бумаги. Дрогнувшей рукой (впервые за долгое время) она извлекла его. Надпись была напечатана на принтере, строчкой из стихотворения Анны Ахматовой:
«Я пришла сюда, бездельница, // Мне ли весело цветенье // Этого острого кактуса…»
Под строчками – написанная от руки цифра «1».
– Это не несчастный случай, – сказала она так тихо, что услышала только Таня. – Это послание. Мне.
Вечером в её номер в гостинице «Астория» принесли конверт. Без марки, с надписью «Варваре Петровне Седовой – лично». Внутри – ещё один листок, с другой строкой, уже Блока: «Ночь, улица, фонарь, аптека…» И фотография. Старая, потрёпанная, из газетной статьи о деле в «Кактусовом раю». На ней был обведён красным кружком не её профиль, а лицо инспектора Прохорова, того самого, который вёл то первое дело.
Внизу фото была приписка: «Следующая остановка – аптека. Цена вопроса – память. Ждём у фонаря. №2».
