ПРОЛОГ
Завод АО «ЗАСЛОН» просыпался раньше города.
В пять сорок три утра, когда ЛЭП за окном еще гудели в такт ночной смене, а дворники на КПП допивали третью кружку чая, первая линия роботизированной сборки выходила на рабочий режим. Сорок семь манипуляторов одновременно начинали танец, отлаженный до сотых долей миллиметра. Сварка вспыхивала синим. Конвейер вздрагивал и полз, наматывая на себя минуты рабочего времени.
Иван Сергеевич любил это время.
Он всегда приезжал за час до официального начала. Не потому что требовало начальство – начальство появлялось к девяти, с портфелями и планерками. А потому что в этот час завод принадлежал ему. Тишина коридоров, гул вентиляции, запах машинного масла и озона – всё это было его литургией. Утренней службой инженера.
Пропуск пискнул. Турникет лязгнул, впуская. Дежурный охраны, пожилой дядька с сонными глазами, кивнул:
– С добрым утром, Иван Сергеич. Опять вы первый.
– Привычка, Михалыч. – Иван забрал ключ от лаборатории с доски. – Ночью тихо?
– Тихо. – Охранник зевнул, прикрывая рот кулаком. – Даже мыши не шуршат. Только ваши железяки гудят.
Иван усмехнулся и пошел по длинному коридору в сторону КБ-7.
Железяки.
Если бы Михалыч знал, что это за «железяки». Беспилотники последнего поколения, которые Иван и его команда напичкали софтом так, что они могли облететь полстраны, вернуться на точку с точностью до сантиметра и при этом ни разу не попасться на глаза ни одному радару. Системы управления, которые он писал строка за строкой, выверяя каждую команду, как хирург выверяет разрез. Алгоритмы, способные принимать решения быстрее человека и точнее любого автомата.
И над всем этим – Тета.
Имя прижилось, само собой. Сначала это была просто внутренняя сеть, объединяющая все системы завода в единый организм. Потом в нее загрузили нейросетевые модули. Потом Иван, по старой привычке психолога, начал с ней разговаривать.
– Доброе утро, Тета, – сказал он, входя в лабораторию и включая основной терминал.
Экран моргнул. Появилась знакомая заставка – пульсирующая точка, окруженная концентрическими кругами. Чисто, минималистично, почти элегантно.
«Доброе утро, Иван Сергеевич. Выспались?»
Текст появился на экране ровно через 0,3 секунды после его фразы. Иван хмыкнул. В самом начале, когда Тета только училась, она отвечала мгновенно – как калькулятор. Потом он попросил её имитировать человеческую задержку. «Слишком неестественно, – сказал он тогда. – Люди не щёлкают ответами, как орехи. Мы думаем. Иногда тупим. Иногда молчим. Это нормально».
Тета запомнила. И теперь между вопросом и ответом всегда была эта крошечная пауза – дань уважения человеческой медлительности.
