Порт-Артур, 20 октября 1904 года
Два солдата сидели у заполненной воском и старыми газетами консервной банки. Огонек в ней еле тлел, зато не давал дыма, и его нельзя было заметить издалека, а у них появлялся хоть какой-то свет даже под землей.
– Ты слышал? – первый бросил взгляд на загоревшиеся где-то в тылу огни. До смены и возвращения на передовую оставалось около часа: слишком много, чтобы сидеть молча, и слишком мало, чтобы поспать.
– Что? – второй с этим был не согласен и считал, что даже пять минут сна упускать нельзя.
– У меня знакомый работает на офицерской кухне, так там говорят, что инженеры Кондратенко по телеграфу получили сообщение из России.
– Врут, – спокойно ответил второй и начал устраиваться поудобнее. – Как бы они провод мимо японцев протянули?
– Так там радиотелеграф, который по воздуху. Наши японцев подкупили и прямо через тех специальные детали передали.
– А даже если и заработало что, – второй солдат и не подумал менять позу, – то какая разница? Думаешь, у остальных все хорошо? Когда новости еще приходили, так наших только громили. На реке какой-то, потом на железной дороге.
– А потом к нам 22-й полк приходил с Макаровым, – не согласился первый.
– И что? Один Макаров, даже если еще жив, все равно ничего не изменит, – второй уже начал посапывать, проваливаясь в дрему, когда по ушам внезапно ударил сигнальный гудок.
Пронзительно, остро, по-живому! И это была не тревога, просто на перекресток между сожженными складами и землянкой госпиталя первой линии выбрался хромающий поручик. Из штабных, но за месяцы осады разница между ними и полевыми офицерами почти стерлась: никто не отсиживался в тылу.
– Это что, за ним флаг стоит? – удивился первый солдат.
– Пожгли же их все еще в первый месяц, – второй все-таки не выдержал и приподнялся. – Говорят, японцы специально били по всем зданиям, где они висели. Зато теперь понятно, что медсестры шили со вчерашнего вечера.
А поручик тем временем дождался, чтобы побольше людей подобралось поближе, и поднял под самый нос потертый лист бумаги. Все солдаты, даже здесь, на задней линии, предпочитали передвигаться перебежками или под землей, а этот стоял во весь рост, словно приглашая врага ударить из пушек. Вот только японцам, которые раньше бы точно не преминули это сделать, в последние дни стало как будто наплевать на такие мелочи.
– Внимание! Внимание! – поручик говорил громко и четко. – Командование Порт-Артура доводит до личного состава информацию о том, как проходят боевые действия на других участках фронта… Так, в июле под Ляояном русская армия разбила части 1-й армии Куроки, 2-й армии Оку, 4-й армии Нодзу и обратила их в бегство!
