Перекресток миров.
Поселок Хор,Дальний Восток. Артем Ветров стоял у кромки леса и чувствовал, как холодок от реки Хор поднимается вверх по распадку, смешиваясь с теплом, идущим от земли. Поселок,остался за спиной, а перед ним стеной вставала тайга.Это место географы называли «перекрестком миров» не ради красного словца.Здесь, на одной широте с Магаданом, где по всем законам физики должны были бы царить вечная мерзлота и лиственничная лесотундра, происходило ботаническое безумие. Коренной пихте, суровой и темной, приходилось буквально драться за свет и почву с пришельцами из иного времени — нежными лианами актинидии и лимонника. Монгольский дуб, чья истинная родина южнее, рос здесь, переплетаясь корнями с северной белой березой, словно на одном квадратном метре сошлись в рукопашной войне ледник и субтропики.
Ветров ступил под полог леса, и резина его сапог мягко спружинила на мху. Сплошном, глубочайшем, как перина, мхе цвета малахита. Сейчас его интересовали не эпифитные лишайники и не споры дикого винограда. Его целью была та, что пережила динозавров, ледниковый период.Микробиота перекрестнопарная.Геолог опустился на корточки перед невысоким кустарником. На взгляд дилетанта,ничего особенного. Вечнозеленый стланик, немногим выше колена, с чешуйчатой хвоей, похожей на расплющенную тую. Артем снял перчатку и провел ладонью по веткам. Растение ответило ему теплом, накопленным за короткое лето.
Артем Климович Ветров, кандидат геолого-минералогических наук, сотрудник Дальневосточного отделения РАН. Но он не мог избавиться от ощущения, что в этой долине время течет иначе. Микробиота была живым ископаемым, эндемиком, чудом сохранившимся на этом клочке суши. Пока ледник сковывал Евразию, западные склоны Сихотэ-Алиня, благодаря теплому дыханию моря и гигантским тектоническим разломам, оставались ковчегом. Горячие ключи грели землю, горы стояли стеной, защищая от арктических ветров.Ветров вытащил дневник, но писать не стал. Вместо слов он набросал быстрый рисунок: изогнутая ветка микробиоты, а над ней — смутный, фантомный силуэт. Что-то огромное, дышащее паром. Фантазия, замешанная на знании тектоники плит и палеонтологии.— Артем Климович! — голос из-за деревьев вывел его из транса. Это был Гриша, его молодой лаборант, почти бегом пробирающийся сквозь папоротник-страусник, разросшийся здесь в человеческий рост из-за близости незамерзающих ключей.— Григорий, тише, — отозвался Ветров, поднимаясь. — Ты топчешь эпоху.
— Какую эпоху? — парень удивленно уставился под ноги.
