I
Трудно сказать точно, когда и в каких краях началась эта история, затерявшаяся в веках. Зато известно, чем она закончилась.
Руины старинного замка по-прежнему стоят на высокой скале, обдуваемой ветрами. С трёх сторон он окружён густыми лесами, с четвёртой к нему льнёт море. Уже давно замок заброшен, его башни и стены обветшали, сквозь камни прорастает трава, а в бойницах завывает сквозняк. Ничто не указывает на то, что замок согревается человеческим теплом, и его окружает аура благополучия. А в былые времена жители окрестных селений вообще опасались приближаться к нему, хотя скрипучие створы ворот были открыты настежь, как бы приглашая войти.
Но нет! Никто не стремился туда. Даже шаловливые мальчишки опасались играть возле рва, заполненного мутно-зелёной водой. Шепоток перелетал от одних ушей к другим: дескать, не стоит испытывать переменчивую судьбу, коли твоё любопытство окажется сильнее предостережений.
Народ был осведомлён, что в замке обитает человек. Он проживал там так давно, что уже сменилось не одно поколение в местных селениях. Едва луна голубым плащом покрывала мрачные башни, фигура в тёмном камзоле, с факелом в руке появлялась на крепостной стене. Белобородый старец долго бродил, мелькая среди мерлонов. Но никогда не подавал никому ни знаков, ни звуков. И это всем внушало страх.
Было единственное проявление того, что старец не привидение, не дух бессмертный. Однако то обстоятельство ещё бо̀льше смущало местных крестьян, ибо ему никак не находилось объяснение.
«Не пойму, как это возможно, – начинал вновь и вновь лесник для знакомых. – Мой отец слышал это, до того – мой дед и прадед. Всё одно и то же! Старик будто заворожённый! Мои родные говорили, что мучает этого бобыля бесконечная боль. Именно она не даёт ему покинуть наш белый свет. И ладно бы сам мучился, так ведь и нам покоя не даёт».
Действительно, когда селенья уже засыпали, ближе к ночи то в одном запылённом окне, то в другом появлялось отражение факела. Старик поднимался всё выше и выше – в донжон (главную башню), где в незапамятные времена восседали бароны, поочерёдные хозяева жуткого замка. В какой-то момент их род прекратился, и в стенах воцарилось запустение. С тех пор и возникла печальная история. А люди со страхом ждали полуночи.
Старик поднимался в тронный зал, разжигал в камине костёр. Долго ворочал тяжёлыми щипцами поленья, давая им разгореться пламени. Потом грел свои, уже худые руки. Пальцы – самое главное, что было у этого музыканта. Он разогревал их, чтобы можно было играть, как встарь, когда явился юным в ещё дышавший жизнью замок. Сейчас огонь умиротворял старика, позволял унестись в светлые годы, когда только научился играть у великого маэстро, и отправился в путь, чтобы отыскать свою счастливую долю.
