Сцена 1: Встреча у колодца
Десятый класс закончился, и Максим наконец выбрался из привычной городской духоты. Позади остались школьные коридоры, раскалённые улицы и запах мела, который, казалось, въелся в стены навсегда.
Правда, летние планы он составлял не сам.
— Поедешь к бабушке, в Верницы, — сообщил отец. — Тебе это только на пользу. Воздух свежий, работы полно. Может, хоть немного от компьютера отойдёшь.
По интонации было понятно: решение окончательное. Максим промолчал. В свои семнадцать он уже успел понять простую вещь — если отец говорил таким тоном, спорить с ним практически бессмысленно.
Верницы оказались небольшим посёлком, где жизнь шла совсем иначе, чем в городе. Здесь редко куда-то спешили. За заборами виднелись старые дома, сады и огороды, а по улицам проезжали в основном местные машины и сельская техника. Но непривычнее всего для Максима было отношение людей друг к другу.
В посёлке, похоже, не существовало понятия «это не моё дело». Если у соседа посреди работы вставал трактор, он редко оставался с проблемой один. Кто-нибудь замечал случившееся и звал остальных. Вскоре возле машины уже собирались несколько человек: один искал инструмент, второй разбирался с мотором, третий стоял рядом и подсказывал. То же самое происходило с домашними делами. Пожилая женщина могла не успеть убрать сено перед дождём — и ей почти наверняка помогли бы. Причём не только взрослые. Местные подростки тоже могли бросить свои дела и прийти на помощь. Поначалу Максим наблюдал за всем этим с лёгким недоверием. Слишком уж спокойно здесь жили люди.
Никто не нервничал по пустякам, не пытался постоянно куда-то успеть. Казалось, в Верницах каждый знал, что произойдёт сегодня, завтра и даже через неделю. Для Максима, привыкшего к городскому шуму и компьютерам, такая жизнь сначала казалась скучной. Потом — странно уютной. А спустя несколько дней он уже перестал замечать тишину. Тогда ему и в голову не приходило, насколько важным однажды станет это ощущение полного спокойствия.
Максима больше всего удивляло другое. Все здесь жили настолько спокойно, что первое время ему казалось, будто он попал в место, где вообще не существует серьёзных проблем. Первые две недели он честно отрабатывал то, что про себя называл деревенским наказанием. Утром таскал воду и тяжёлые вёдра, потом возился с покосившимся забором возле курятника. После обеда бабушка находила ему новую работу: то прополоть грядки, то собрать клубнику, то помочь по хозяйству.
