Алмазные тени, не к добру, - Фафнир стряхнул с черного рукава снег.
Смещение сфер вызвало оптический обман: звезды приближались, отдалялись, выкручивались, в глаза били фигурно, расходились и в прорехах мироздания соединялись. Границы миров въезжали друг в друга и взрывались, что давало ход монстрам. Чужой разве может быть другом? Гаструл, монстр с планеты Раззарвар, пронзенный дюжиной харалужных копий, издыхая, брызгал кислотой. Красные, желтые, зеленые, фиолетовые - маленькие - не больше сливы - упругие - не шарики - смертоносные капсулы - плыли в жемчужно-чернильном тумане. Фафнирово воинство головой крутило: кто мог угадать смертельные посылки без адресата? Ай-ва-во-чка - дочка - младшая, любимая - ми-ма-ла-лышка - подумала: фейерверк мыльных пузырей, запуск воздушных шаров, карусель солнечных зайцев и все в яблочко - и бросилась под этот ливень. Катишь - любимая - следом. Инопланетный яд резал кожу, язвы остекленели в розы и обрушались, как мерлоны башен, сжирая кожу и прожигая органы. С криками, в корчах и стонах исчезли одна за другой в забытье.
Катишь - излом бровей, карие глаза, узкие запястья - упорхнула первой и увела в небытие дочь. Фафнир не узнал жену - так перекручивается, покрывается волдырями береста в пламени. На дочь велел надеть маску и саркофаг - только так смог попрощался. Ай-ва-во-чка.
Фафнир сжал красные пальцы. Через десять-пятнадцать минут на морозе они побелеют. Алаябец злился.
- Фафнир, я здесь только из уважения к вам. Заговор баронов Дравол куда опаснее: там переписка, кольца, шкатулки с секретом, кинжалы да убийства тайные. Все предметно, а вы про такие материи, что и на кончик пера не возьмешь, - Алаябец надел кулак на нос и задышал на руки. Рукав из пара, колеблясь, уходил в небо-воронку. Из космоса со свистом засасывало.
-Когда господству людей угрожает инопланетное вторжение - какая разница, кто сидит на троне, - выдохнул пар Фафнир.
Он прищурился: стоит двинуться сферам, как жди иноземных посланцев и готовься разбираться с последствиями. Впрочем, это уже не его задача. Он уходит в отставку, на заслуженный отдых после стольких лет службы. Приемник диковинно вызверился на него.
-Не знай, что вы верой и правдой служили Багровым королям, я мог бы арестовать вас за крамолу. Но алмазными тенями - вы, Фафнир, потере своей присягнули, а не королю.
Алаябец кивнул на труп белой лошади. Кривая красная полоса шла через белое брюхо, покрытое мелкими курчавыми волосками. Шланги кишок вывались на инеистую траву, окрасили в кирпич первый еще не залежавшийся снег.
