Глава I. Память оскорбленных
_____
Ярость.
Лучшее, что есть в человеке, это ярость.
И если эпоха размыла это величайшее свойство человека, то герои будут призваны сломать эту эпоху, чтобы прагматики отстроили новую. Ибо истинному герою никто не сможет сказать: "Такова эпоха". Герой сам определяет какой эпохе быть, а какой нет.
Белые рыцари, служившие магам, строителям нового мира, не признали всеобщей смерти. Они попрали гибель вселенной, мозолистыми, обагренными кровью, руками они оберегали дух нарождающейся жизни.
Но черные рыцари, силы которых хранились в умерших телах, признавали эпоху. Они отвернулись от света и смирились с тенью, опустившейся на Единый континент.
Любой рыцарь любит и ценит жизнь. Но что это за жизнь?
_____
Мертвый мир пробуждался.
Солнце тускло светило, но это было иное солнце. И небо было иным.
Под металлическим небосводом по узкой тропе вдоль склона невысокой горы, покрытой серыми остатками иссохшего леса, шли воины в черных латах, покрытых редкими и лаконичными узорами позолоты.
Тела и лица, сокрытые черной сталью, не были вынуждены терпеть холод поздней осени, потому как уже жизнь в них была условной. Утонченные магические усилия удерживали души внутри этой засохшей плоти вместе с соками тел. Ещё перетекала внутри них кровь, и бились сердца, но это не было нормальной жизнью.
Эти существа все ещё считали себя людьми, хоть и понимали, что природа их изменилась, что они уже давно являли собой проявления тёмной стороны жизни. Они ощущали себя иначе, чем в далеком прошлом, казавшимся легким, светлым сном. Гротескное спокойствие оберегало их от ужаса, что могла бы внушить хотя бы мысль о подобном существовании.
— Тише… — произнес первый в цепочке.
Всего их были одиннадцать, один и ещё десять.
И вышли они на небольшую опушку на уступе. Отсюда открывался вид на горные гряды, окружавшие их с обоих сторон, и на соседнюю гору, что им предстояло покорить.
Полторы мили в высоту. Не очень высоко. В латах и не спеша, это полдня пути. Большой просторный холм, открытые заливные пространства с зеленоватым отливом в вышине. А на самом верху город, но его не было видно из-за плохой погоды, он был окутан облаком.
Один предвкушал зрелище, достойное пройденного пути, и ещё десять лишь следовали за ним.
Вдали белели заснеженные вершины.
Мутное небо становилось темнее. Скоро пойдет дождь, но трава не вырастет после живительной влаги, здесь больше ничего не растёт.
Они спускались ещё некоторое время в небольшой изгиб местности, заполненный высокими соснами, лишенными всякой хвои.
