Морозное утро во вселенной Монео, на планете Мин, началось не с переговоров, как планировалось изначально. Сопротивление просто-напросто не явилось, не сочло нужным присутствовать на переговорах.
Ледяной воздух прожигал легкие, и Кай сердито, но с долей благодарности натянул на шею длинный шарф и без вопросов принял из рук Эйвла микстуру от простуды.
Болезнь в Лаптонии была столь редким явлением, что Кай уже позабыл какого это, испытывать такую слабость и обреченность. Кажется, последний раз он болел, когда ему было пятнадцать. Он специально выпил два литра ледяной воды, чтобы пропустить зачетную неделю в кадетском корпусе и провалялся пару дней в лазарете. Ему сильно досталось от матери, когда правда вскрылась. Сейчас же он понятия не имел, откуда появились симптомы. Он мог лишь догадываться. Обычно все симптомы «сходили на нет», стоило лишь вовремя принять микстуры, которые без проблем выдавали в госпитале после небольшого осмотра, но у него на осмотры времени не было, а потому он затянул с лечением, и вот уже третий день мучился от температуры и озноба.
— Надеюсь, ты не планируешь умереть, — саркастично фыркнул коллега. — Нас и так осталось полтора человека.
Кай нахмурился, но промолчал. Сил отвечать на резкий выпад не было. Младший состав по струнке стоял на позиции. Их интерес к беседам старших проявлялся лишь мимолетными взглядами, а досаду и негодование на стужу выдавали редкие перетоптывания на месте. Кай был с ними солидарен. Ноги уже давно замерзли, как и все остальное...
— Думаете, они придут? Мы ждем уже больше двадцати минут, — Карин начала раздосадовано ходить из стороны в сторону, раздражая его даже сильнее, чем нападки Эйвла.
Среди младшего состава послышались перешептывания.
— Мы будем ждать столько, сколько потребуется, — отрезал Кай.
По ощущениям, прошло еще минут пятнадцать. Казалось, самое время возвращаться. Попытка примирения и переговоры вновь не удались, как дозорный завопил:
— Возвращаются! Возвращаются!
Отряд всполошился, но старший быстро их одернул.
— Ровно!
— Ну? Не тяните, — обратился к разведчикам Эйвл.
— Племя Чука, — сбивчиво объявил один из разведчиков. — Сопротивление грозится расстрелять племя Чука, если мы не согласимся на их условия, ученик магистра, — добавил он, чуть отдышавшись.
