Темнота пахла пылью и старым деревом. Я сидела в самом углу шкафа, втиснувшись между тяжелыми пальто, и старалась не дышать.
Снаружи что-то грохотало, слышались резкие выкрики и топот тяжелых ботинок, но потом всё действительно затихло. Тягучая, липкая тишина.
Дверца шкафа медленно скрипнула, пропуская полоску тусклого света. Я зажмурилась, ожидая увидеть папу, но на меня смотрел незнакомый мужчина. Он не был похож на тех, «злых». Он приставил указательный палец к губам. Это значило, что игра продолжается. Злые люди всё еще где-то рядом.
Я посмотрела в его глаза и почему-то поняла: этому человеку можно верить. Он протянул мне огромную ладонь, и я вложила в неё свою, навсегда оставляя детство в том темном шкафу.
13 лет спустя
— Сара, я клянусь, ты перечитаешь все книги что у нас есть, если ты сейчас же не встанешь, и да, на охоту тебя брать больше не буду!
Сэм знал, на что меня ловить. Книги были моей обязанностью, оружие — моей страстью. Единственная мотивация делать то, чего мне делать совершенно не хотелось.
Я обожала стрелять. Обожала это чувство абсолютного контроля, тяжесть металла в руках и резкую, честную отдачу в плечо. В моменты перед выстрелом мир замирал: был только мой вдох, задержка дыхания и мягкий спуск крючка. Если бы кто-то догадался выпустить парфюм с ароматом пороха — поверьте, я бы его носила.
Прошло тринадцать лет с нашей первой встречи, но чтобы по-настоящему узнать Сэма, мне потребовалась целая вечность. Он не баловал меня историями о прошлом. Всё, что мне удалось вытянуть: бывший морпех, позже работал на моего отца. Когда я пыталась заговорить о родителях, Сэм либо виртуозно менял тему, либо просто замолкал, превращаясь в каменное изваяние.
Годы службы оставили на нем неизгладимый отпечаток. В его глазах я видела бесконечную пустоту, перемешанную с тихой болью. Но он не пугал. Напротив, рядом с ним было спокойно. Почти два метра ростом, косая сажень в плечах, смоляная борода и тяжелый взгляд — Сэм был похож на огромную бетонную стену, за которой можно было укрыться от любого шторма.
Он лепил из меня свою копию. Учил хладнокровию, концентрации, вниманию к деталям. Математика, история, философия… и искусство стрельбы. Последнее давалось мне лучше всего, будто умение убивать было зашито в моем коде, однако признаю, что это мне не сразу далось.
Мы жили как призраки. Старый дом на окраине, окруженный густым лесом. Сэм называл это «мерами предосторожности» против тех, кто убил моих родителей. За все эти годы он стал для меня единственным близким человеком. Если бы я только знала, что потеряю его быстрее, чем успею моргнуть.
