Математика покаяния
На основании изложенных доказательств по делу, учитывая смягчающие обстоятельства, суд признал Некрасова Игоря Викторовича виновным… и приговорил к 9 годам и 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима… «Господи, где же здесь справедливость?» Слов не было слышно, но губы шевелились. Всё дальше было как в тумане.
Фёдор Петрович сидел будто оглушённый от этих слов. Он сидел, смотрел в одну точку и больше ничего не слышал. В голове только звучало: «9 лет 6 месяцев, смягчающие обстоятельства, 9 лет 6 месяцев, смягчающие обстоятельства». Сколько он так сидел, он не знал, очнулся только от прикосновения жены, которая с заплаканным лицом смотрела на него с болью в глазах. В зале уже никого не было. Они остались вдвоём.
— Пойдём, Федя. Нас Иннокентий Михайлович ждёт уже. Адвокат сказал, что попробует подать жалобу. Сказал — позвонит.
— Угу, — сказал Фёдор Петрович и встал.
Огляделся по сторонам, ещё раз посмотрел на клетку, где только что сидел убийца его сына, и пошёл к дверям.
У Фёдора Петровича и Нины Ивановны было двое детей. Сын Михаил и дочь Анна. Дочь умерла ещё в детстве от редкой болезни, а сын вот погиб в 23 года. Попал под автомобиль, а точнее, водитель, будучи в нетрезвом состоянии, сбил Михаила, когда тот переходил дорогу. И вот они с женой остались вдвоём. После суда они поднялись в свою квартиру, поужинали, и каждый разошёлся по своим комнатам — всё в молчании, каждый оставался при своих мыслях.
На следующее утро Фёдор Петрович и Нина Ивановна пошли в церковь — это для них было уже как традиция. В храме Нина Ивановна принялась покупать свечки, разговаривать с бабульками, а Фёдор Петрович сел на скамейку и тихонько сидел. Сегодня в храме службы не было, поэтому народу было мало. К Фёдору Петровичу подошёл священник, просто так — поинтересоваться, как дела. Фёдор Петрович и рассказал ему, что вчера был суд и наказание слишком мягкое за убийство. Священник выразил ещё раз соболезнования и сказал, что на всё воля Божья, значит, его сын должен был пройти такой путь, и теперь остаётся только молиться за упокой его души. Фёдор Петрович, конечно, верил в Бога и старался жить по правилам, да и человеком он был довольно-таки добрым. Но со смертью сына в его душе что-то поменялось. Будто что-то надломилось. 9 лет пройдут быстро, и убийца выйдет на свободу, будет продолжать свой путь, будет видеть, как растут его дети, а Фёдор Петрович так и не увидит своих внуков никогда. От этого его накрывала такая невыносимая тоска и обида оттого, почему всё так несправедливо. Но, вспомнив слова священника о том, что на всё воля Божья, он в целом соглашался, что значит, так и нужно, только не понимал зачем.
