С голов содрали мешки и швырнули троих в душную камеру. Решетка лязгнула, магнитный замок пронзительно пискнул, и зеленый индикатор сменился ядовито-красным.
Свет резанул по глазам, на запястьях засаднили следы от стяжек.
Один из заключенных — гора мышц с рекламным лицом сети спортзалов — сразу вляпался в зловонную лужу. Он только грозно засопел, разглядывая следы капель на штанине.
— Эта рубашка дороже, чем вы, мудачье! — кинул в адрес похитителей второй, брезгливо отряхиваясь. — И здесь воняет, как в сортире.
Он тоже находился в превосходной физической форме, но другого сорта: холеный и смуглый, в дорогой «косухе».
Типичный альфа-самец со стабильным доходом и привычкой вымещать ярость на неодушевленных предметах вроде офисного кулера или детского велосипеда, брошенного поперек дороги.
— Нет, серьезно, несет мочой.
— Мы услышали, — раздался спокойный голос. — Не обязательно повторять. Или у тебя фетиш?
Смуглый резко обернулся. В углу пристроился рыжий парень в тонких очках, с безупречно уложенными волосами и черной жилетке поверх белой рубашки. На руках — красные кожаные перчатки, слишком дорогие для такой дыры. На фоне двух верзил он казался почти хрупким, хотя был поджар.
Пузырь, Лапоть и Соломинка. Скверная сказочка началась.
— А вот и источник вони! — Смуглый шагнул к Соломинке и грубо вздернул за воротник, поднимая на ноги. — Уже обоссался, мамочкин ангелочек?
Рыжий не сопротивлялся. Повис в его руках, не обмякая, а просто позволяя держать себя. Смотрел он не в глаза, а на пульсирующую жилку на шее противника.
— Нет, — ответил он. — Но ты, кажется, очень хочешь, чтобы это был я. У тебя точно пунктик.
Смуглый от такой наглости оскалился и с силой впечатал его в стену. Очки рыжего слетели на бетон.
— Ты сейчас у меня языком эту лужу вылижешь, — прорычал Лапоть, наваливаясь почти вплотную.
От смуглого тянуло дорогим парфюмом. Он производил впечатление человека, который привык обливаться им с головы до ног, но сейчас аромат едва теплился.
Пока Лапоть прессовал Соломинку, Пузырь сосредоточенно тер джинсы, пытаясь отскрести вонь. Влезать он не собирался.
Рыжий выдержал чужую близость без единого лишнего движения. Скользнул взглядом по губам смуглого, потом снова по шее и сухо спросил:
