Женева, 7 марта 2076 года14:47 по центральноевропейскому времени
Позже Сара Чен напишет, что в тот день она впервые поняла значение слова «тишина».
Не отсутствие звука – в зале Совета Безопасности ООН хватало шума: шорох бумаг, приглушённый кашель, электрический гул систем жизнеобеспечения бункера, в который эвакуировали делегатов шестнадцать часов назад. Тишина была другой. Она жила в глазах людей. В том, как четыреста семнадцать человек – дипломаты, переводчики, технический персонал, охрана – смотрели на экран и не могли произнести ни слова.
Сара работала корреспондентом Reuters уже одиннадцать лет. Освещала гражданскую войну в Мьянме, эпидемию H7N9, Калифорнийское землетрясение. Она видела, как люди умирают, как рождаются, как теряют всё. Но никогда не видела того, что происходило сейчас.
На экране генерал Пак Чон Хо – командующий Стратегическими силами Корейской Народно-Демократической Республики – сидел неподвижно, как статуя. Его правая рука лежала на пульте управления. Три пальца – указательный, средний и безымянный – находились в миллиметре от сенсорной панели.
Семнадцать боеголовок по двести пятьдесят килотонн каждая. Сеул, Токио, Осака, Окинава. Американские базы в Южной Корее и Японии. Расчётное время удара – одиннадцать минут. Расчётные жертвы – от сорока двух до шестидесяти миллионов человек в первые сутки.
Сара знала эти цифры наизусть. За последние шестнадцать часов она слышала их так часто, что они потеряли смысл. Шестьдесят миллионов – это не люди. Это статистика. Абстракция. Мозг отказывался переводить числа в лица, в детей, в стариков, в влюблённых, которые никогда не проснутся.
Генерал Пак не двигался уже четыре минуты.
Сара посмотрела на своё запястье – старая привычка, хотя часов там давно не было. Время отображалось в углу её визора: 14:47:33. Она записывала всё: каждое движение, каждый вздох. Прямая трансляция шла на три миллиарда устройств по всему миру. Люди смотрели из бомбоубежищ, из квартир, из машин, застрявших в пробках на выезде из городов.
Мир ждал.
Конфликт начался одиннадцать дней назад – или шестьдесят три года, если считать с момента перемирия 1953-го. Детонатором послужил инцидент в Жёлтом море: северокорейская подводная лодка столкнулась с американским эсминцем «Джон Маккейн». Обе стороны обвинили друг друга в провокации. Через шесть часов Пхеньян объявил о выходе из всех соглашений о нераспространении. Через двенадцать – американский спутник зафиксировал активность на ракетных базах.
Дальше всё пошло по сценарию, который специалисты по безопасности называли «эскалационной спиралью». Каждый шаг казался логичным ответом на предыдущий. Каждый ответ требовал следующего. К утру третьего дня северокорейские войска перешли демилитаризованную зону. К вечеру пятого – сеульский метрополитен превратился в самое большое бомбоубежище в истории человечества.
