Глава 1. Минута, которая не заканчивается
Нина зашла в кафе так, будто закрывала за собой дверь изнутри - тихо, почти извиняясь перед миром. На улице всё ещё держалась ночь, город дышал влажным асфальтом и неоновой усталостью, а в голове у неё безостановочно крутились мысли - липкие, как мёд, только от них не становилось сладко.
"На минуту", - сказала себе Нина и повторила эту фразу так, чтобы она стала якорем. На минуту тёплый свет, на минуту - чашка чего-нибудь горячего, на минуту - тишина, в которой можно не объяснять никому, почему ей плохо. На минуту, пока сердце не перестанет стучать так, словно оно пытается вырваться из ребер и убежать куда-то самой.
Вывеска над дверью была мягкая, как будто её рисовали не краской, а воспоминанием: "Тёплый свет". За стеклом мерцали лампы - не яркие, не режущие, а такие, от которых кожа словно согревается первой, ещё до мыслей. Внутри пахло кофе, корицей и чем-то домашним, что обычно бывает только у людей, которые не боятся возвращаться поздно.
Нина задержалась на пороге на секунду - слишком резко, слишком громко звучали собственные шаги. Ей хотелось раствориться в толпе, но толпы почти не было. За столиками сидели двое мужчин и женщина у окна, которая листала телефон так медленно, словно читала не новости, а погоду за окном. Барная стойка из тёмного дерева блестела в свете, как будто её полировали вручную - терпеливо, без спешки.
Нина прошла к свободному месту. Стул оказался удобным, спинка - чуть тёплой от лампы. Она выдохнула и почувствовала, как в плечах наконец отпускает напряжение. Слишком много воздуха оказалось в комнате, слишком много света - и всё же это было правильно, не давило.
– Добрый вечер, - голос из-за стойки прозвучал спокойно, без лишних эмоций, но от него стало легче. - Вам как обычно или сегодня иначе?
Нина моргнула. Обычно она не приходила сюда "обычно". Она вообще редко выбирала места, которые хочется повторить. Но сейчас слова "как обычно" прозвучали так, будто кто-то уже видел её раньше, даже если Нина сама не помнила подобных встреч.
– Я - она запнулась, потому что реальность требовала выбора, а Нина сейчас хотела только, чтобы её не трогали. - Просто кофе. Тёплый. И что-нибудь успокаивающее.
Она сама услышала, как звучит "успокаивающее". Слишком честно, слишком по-человечески. Нина даже подумала, что надо было сказать "американо", "капучино", "латте" - любое слово, которое не раскрывает внутренности. Но было поздно. Внутренности всё равно уже открылись - хотя бы на половину.
Бариста - мужчина примерно её возраста или чуть старше, с аккуратной щетиной и взглядом, в котором не было ни удивления, ни осуждения - кивнул.
