День начался, как и прежде. Хотя нет, кого она пыталась обмануть? День начался чертовски ужасно. Успокоить себя не получится, не в этот раз. Коко – самый вредный бигль, из всех вредных биглей, нет, из всех собак, какие существуют на свете, – опять убежала. Как только она умудряется незаметно перегрызать все свои ошейники? Тетя Лола, которой она помогала выгуливать собаку, – женщина уже преклонных лет – опять заболтала ее перед выходом, и проверить целостность ошейника совсем вылетело из головы.
– Коко, Кокооо!
Где эта чертовка?! Опять побежала к мусорным бакам. Если придется залезать и вытаскивать ее из них – этот день будет в топе пятнадцати самых плохих начавшихся дней в ее жизни.
Ей послышалось чье-то шипение, как раз где-то на площадке с мусорными контейнерами. Кажется, там еще был скулеж!? Если с собакой что-то случится, – тетя Лола точно этого не переживет.
Она шла к бакам тем самым своим злым, настойчивым и твердым шагом, взятым из своего репертуара. Как будто именно асфальт виновен во всех ее проблемах и нужно непременно показать ему все свое недовольство, чтобы он наконец понял: так испытывать ее и поступать с ней больше – она не позволит. Приходилось еле сдерживать себя. Как хорошо, что можно выразить свой гнев таким образом, не нанося ущерб ни одному живому существу. И начала чуть ли не усерднее топать и почти уже вприпрыжку завернула в площадку к контейнерам.
Мэриэль резко остановилась. Перед ней нарисовалась картина: мужчина во всем черном – это был костюм, судя по крою, ткани и виду, довольно дорогой. А она точно это знала, потому что когда-то ей приходилось подрабатывать в элитном бутике мужских костюмов. Хоть она и не любила этих напыщенных толстосумов, там хорошо платили и была возможность давать деньги на содержание приютов для бездомных животных. Мужчина выглядел так, что жизнь вряд ли его когда-то вынуждала выносить мусор самому, да и вовсе находиться рядом с мусорными контейнерами да и, в принципе, в таком районе. В голове возник диссонанс – что он тут делает? Дальше взгляд упал на другого мужчину, которому, похоже, необходима была помощь – он лежал на асфальте почти весь в крови. Когда-то Мэриэль брала курсы по оказанию первой помощи. Первая мысль была рвануть к бедному человеку и оказать эту самую первую помощь. Но тут она увидела взгляд дорогого костюма. Острый и опасный. И поняла, что причина раненого мужчины – именно он. В его руке она только сейчас заметила нож. Про собаку она тут же забыла. А вот собака – та самая уже лучшая собака в мире – появилась как раз вовремя. Она выпрыгнула из бака на голову опасного человека, отпрыгнула от него и рванула к Мэриэль. Этот маневр дал бы фору схватить Коко и бежать, но она не успела: собака почти застыла, как будто включили замедленную съемку. Мэриэль в эту же секунду засомневалась в своем рассудке. А вот мужчина в костюме, вполне себе уверенно шел к ним, и совсем не хотелось знать, что именно он планировал с ними сделать. Инстинкт самосохранения покинул ее. Она замерла. Горло пересохло. Сердце начало набирать обороты, ладони моментально вспотели. Страх овладел всем телом и парализовал каждый миллиметр. Промелькнула мысль, что этот день попадет в почетный топ-три плохих дней, если они сегодня выживут. Но тут она осознала, что жить ей все еще хотелось, ведь нужно зафиксировать этот день в списке, и как же тетка Лола без своего бигля. Второй раз за день она не на шутку разозлилась. Нет, она испытала даже не злость, а гнев. Такого гнева она не испытывала… Сколько? Кажется, никогда. Он как будто проник в каждую частичку ее тела
