Тихо звякнул колокольчик, извещая меня о новом посетителе, но отвлекаться от своего занятия я не стал. Время, когда я с нетерпением ждал каждого гостя, давно прошло, вместо него пришла уверенность в своих действиях и в оказываемом сервисе.
– Простите, – вежливо обратился ко мне мужчина, и я отвлекся от протирания очередного стакана, посмотрев на него. – Меня должны ждать.
– Кабинка номер пять? – бросив оценивающий взгляд на одежду незнакомца, уточнил я, хоть это и не требовалось, так как мне его уже описали.
– Думаю, да, – неуверенно ответил он.
– Пройдите направо, – указал я рукой в нужном направлении. – Седьмая дверь справа – нужная вам кабинка. На двери есть номер, не ошибетесь.
– Спасибо, – скромно кивнул мужчина и, поправив воротник рубашки, целеустремленно двинулся вперед.
Убедившись, что незнакомец не ошибся с дверью, я продолжил заниматься своей работой, которая здорово настраивала на миролюбивый лад. Надо будет по истечении часа напомнить об окончании оплаченного времени, уж очень часто стали забывать об этом. Иногда приходится применять силу и объяснять особо непонятливым, что это нехорошо.
Вот работаешь на свою репутацию, а потом приходят индивиды, которые ничего не понимают и считают себя выше других… Ну да ладно, продолжаем настраиваться на миролюбивый лад, и так за последний месяц посуды побил… М-да…
Большая стрелка часов только недавно перевалила за полдень, а у меня уже занято три кабинки, причем все высшего класса. А вот обычных посетителей практически нет. Время основной работы еще не наступило, а постоянные клиенты соберутся только после конца трудового дня. Днем в баре редко увидишь приличных посетителей, а пьяниц я давно отвадил здесь появляться.
На столешнице, скрытой от посторонних глаз, зажегся призрачный огонек напротив цифры пять, оповещая меня о том, что посетители желают меня видеть. Со вздохом отложив стакан в сторону, я отправился в нужную кабинку.
– Вы от меня что-то хотели? – вежливо улыбнувшись седоватому мужчине, спросил я, закрыв за собой дверь.
– Да, господин Ветров, – он не менее учтиво ответил мне. – Я прошу вас засвидетельствовать, что заключенная нами сделка совершается с полного согласия обеих сторон и без принуждения.
– Вы знаете расценки на такую услугу, – слегка пожал я плечами.
– Да, это необходимо, чтобы убедить молодого человека, – хмыкнул мужчина, с насмешкой посмотрев на своего собеседника, который чувствовал себя не в своей тарелке и не мог этого скрыть.
На мгновение я представил нас со стороны. Христофор Иннокентьевич Лазарев – патриарх соответствующего рода, прославившегося своими целителями, способными вытащить человека с того света, даже если у него вырвано сердце. Молодой мужчина был, скорее всего, из служилых дворян, имел соответствующие знаки о вхождении в узкий круг аристократии, но повадки у него были как у простолюдина, не знающего, как вести себя при высоких господах. И я, по сути, мальчишка на их фоне, с которым столь вежливо, как с равным, говорил патриарх известного рода.
