Глава 1. Не буди лихо, пока оно тихо
Этот сумрачный лес давно не видел людей. Раньше сюда то и дело приходили трепещущие просители с щедрыми жертвами, надеясь задобрить здешнего жителя и отвести от себя лихую беду. Утоптанная тропа вела в Лихомарь от самого города, что уютно раскинулся в тихом разлоге между холмами, и не зарастала она никогда. Но потом что-то случилось, и суеверных поклонников обитавшего возле капища духа стало заметно меньше, и постепенно люди забыли и страхи былых времён, и дорогу в дальний, зловещий, болотистый уголок угрюмого леса.
Но однажды в пасмурный летний день многолетнюю тишину Лихомари вновь нарушили человеческие голоса.
– Ну вот зачем ты, Гудила, напялил цепь, когда пошёл по грибы?! – пилой заскрипел среди елей резкий старушечий голос. – Дорогую, красивую! В лес! Вот и потерял, оболтус, подарок невесты!
– Ну и надел! – возмутился обиженный тенор. – Подарок же! Моё право!
– Право! – возмутилась старуха. – А драться с этими обормотами – тоже право?! Показывай мне уже, где дрались!
– Ну не помню я, бабка Невея! – защищался растерянный паренёк. – Не здесь!
– Так чего же ты сюда-то меня завёл?! – закричала та. – Оболтус! Это же Лихомарь!
– А ты зачем за мной увязалась? – сорвался на крик, не выдержав напора старухи, молодой человек. – Что ты, полуслепая, можешь здесь разглядеть?! Я один буду искать!
– Тише! Тише! – вдруг испуганно зашипела бабка. – Вон уже и самая марь! (1) Не буди Лихо! Пока оно тихо!
В этот момент ряска возле старой ольхи на самом краю болота задрожала и дёрнулась, и из-под неё струйкой пополз наверх зелёный туман. Он качнул листья калужницы, добрался до замшелых корней ольхи и, змеясь, пробрался по ним до твёрдой земли. Здесь он застыл, свернувшись в клубок. Только тонкий конец его, покачиваясь, тянулся в сторону говоривших, будто прислушиваясь к перепалке людей.
– Да тихо оно! – отмахнулся Гудила. – И давно уже! Сгинула страшилка твоя!
Он усмехнулся старушечьим страхам и повернулся спиной к неподвижному бескрайнему пространству болота.
– Чем сказок пугаться, лучше в траву смотри, – упрекнул он старуху. – Цепь блестящая, видная!
– Ты ж говоришь, что не здесь дрались! – осадила его Невея.
Тем временем под корнями ольхи зелёный туман подрос и стал превращаться в жуткое существо. У него зазмеились щупальца и появилась узкая, длинная морда, на которой горел зелёным огнём один-единственный глаз. Этот глаз алчно следил за старухой и пареньком.
– Да поди, твои обормоты сами и украли её! – ворчала неугомонная бабка. – Пошли назад, да сам в траву смотри!
