Незаметно пролетел август, и как‑то вдруг наступило первое сентября.
— А где Игнат? — поинтересовался я, выйдя утром к завтраку.
— Он на рынок уехал, ваше сиятельство, — ответила Прасковья Ивановна, — мёд продавать.
— У нас кончились деньги? — удивился я.
— У нас пустые банки кончились, — расхохотался домовой Фома. — Мёд уже складывать некуда, вот Игнат и решил его продать.
Он так увлечённо болтал ногами, что стул под ним угрожающе поскрипывал.
— Понятно, — кивнул я, а затем ласково поинтересовался у Фомы: — Ты уже собрал учебники? Насколько я помню, сегодня в лицее первый учебный день.
— Сейчас соберу, — приуныл домовой. — Я‑то думал, что вы забудете.
— Даже не надейся, — притворно строго нахмурился я.
После завтрака я сварил себе кофе и вышел с чашкой на балкон. Игнат только что вернулся и теперь растерянно топтался возле калитки.
— Ваше сиятельство, помогите! — крикнул он. — Дом меня не впускает!
— Как это не впускает? — изумился я. — Может, просто калитка заржавела? Когда ты в последний раз смазывал петли?
— Калитка тут ни при чём, — возразил Игнат. — Я до неё и дотронуться не могу, меня сразу молнии бьют.
— Что за ерунда? — нахмурился я. — Подожди там, я сейчас спущусь.
Я спустился в сад, подошёл к ограде и осторожно дотронулся до калитки. Никакие молнии в меня не ударили, а калитка послушно приоткрылась.
— Ну и что ты выдумываешь? — спросил я Игната. — Давай заходи.
— Не могу, ваше сиятельство, — несчастным голосом ответил Игнат. — Ноги будто к земле приросли. Не идут, и всё тут.
Внимательно посмотрев на него, я понял, что старый слуга не шутит.
— Так, — озадаченно сказал я, — давай разбираться. Прежде всего скажи честно: ты накануне не ссорился с нашим домом?
— Из‑за чего же мне с ним ссориться, ваше сиятельство? — обиженно спросил Игнат. — Мы с ним душа в душу живём. Что дом попросит, я всё для него делаю.
— Это верно, — согласился я. — Дом на тебя никогда не жалуется, наоборот, всегда хвалит. Подожди, сейчас я спрошу у него, что случилось.
Я прикрыл глаза и послал зов своему особняку:
— Что происходит? Имей в виду, если это просто дружеская шутка, то сейчас самое время её закончить. Видишь, Игнат уже порядком напуган.
В ответ дом прислал мне странный ментальный импульс — холодный и обжигающий одновременно, как будто пытался о чём‑то меня предупредить.
— Подожди, — нахмурился я, — ты можешь показать, что тебя беспокоит?
Дом секунду собирался с мыслями, а затем показал мне мысленную картинку. Я увидел Игната. На левом кармане его куртки угрожающе расплывалось мрачное тёмное пятно. Оно пульсировало, словно живое, так что не заметить его было невозможно.
