ГЛАВА 1. ТАВЕРНА НА ПЕРЕКРЁСТКЕ
Всё началось около месяца назад. Каждую ночь мне снится один и тот же сон: старая, заброшенная таверна на перекрёстке пустых дорог. Я точно знаю – это именно таверна, я чувствую её суть каждой клеточкой. Каждую ночь я брожу вокруг, касаясь пальцами шершавых, выбеленных ветрами стен, и никак не решаюсь войти. Внутри всё сжимается от необъяснимого предчувствия: кажется, стоит только повернуть тяжёлую медную ручку, и та, прежняя жизнь, сотканная из привычных дел и понятных забот, рассыплется в невесомую пыль. А назад дороги сон никогда не обещал. Но начну я, пожалуй, сначала.
Меня зовут Татьяна Григорьевна Зимина. Я женщина, как сейчас из вежливости говорят, «элегантного возраста», хотя безжалостное зеркало в прихожей прямо называет меня старухой, подсвечивая каждую морщинку. Сын Артём вырос, обзавёлся своей семьёй и живёт в другом городе. Видимся мы редко, иногда созваниваемся, но он человек занятой, звонки стали реже. Он не раз звал меня к себе, но зачем мне лезть в чужой, уже сложившийся уклад? Приживалкой быть не хочется, да и молодым нужно своё пространство. Я привыкла к своей тишине, к скрипу половиц и мерному тиканью настенных часов.
После смерти мужа в доме поселилась такая гулкая тоска, что порой по ночам хотелось выть волком. Была минута слабости – хотела уж сама напроситься к сыну, собрала чемодан, да вовремя прикусила язык и никуда не поехала. Сейчас всё наладилось, жизнь вошла в спокойную колею: подрабатываю вахтёром в техникуме, много гуляю, а главное – пеку хлеб. Это мой ежедневный ритуал, моя маленькая, тихая магия.
В тот вечер, ставший началом перемен, на моей кухне было особенно уютно.
Пахло сушёной мятой и немного – хмельной кислинкой. Перед тем как отправиться в постель, я занялась своим самым важным делом.
– Ну что, дорогая, проголодалась? – негромко спросила я, доставая из холодильника стеклянную банку.
Моя ржаная закваска – существо капризное, живое. Я вывела её пять лет назад, и с тех пор мы с ней неразлучны. Я аккуратно подсыпала в банку свежей муки, плеснула чуть тёплой воды и начала вымешивать. Ложка двигалась по кругу, и я чувствовала, как закваска откликается, наполняется силой, начинает дышать. Она задыхалась пузырьками, благодарно принимая подношение. Это был наш танец – древний, как первый огонь в пещере, и интимный, как биение сердца под рёбрами. В этом неспешном движении по кругу было что-то успокаивающее: пока в доме пахнет живым тестом, никакая беда не переступит порог.
