Бесиль Пюэль
— Почему я такая невезучая? Просто неудачница! Ничего-то у меня не получается! А-а-а!... — слёзы катились по щекам и я утыкалась носом в тёплый кожистый бок моего фифа Одуванчика.
Фамильяр терпел мои водные излияния и сочувственно сопел розовым носиком, так и просящимся на “пуньк”.
— Я пошла учиться в академию к некромантам, чтобы научиться трансформировать свою силу льда и холода в целительскую. И у меня почти получилось! Магия изменила вектор и из ледяной стала некротической. Теперь я могу магичить направо и налево, вот только не как целитель. А так хотелось быть нужной, помогать, спасать людей от болезней! Что же в итоге? Теперь я могу поднять их из мёртвых, и только-о-о... А-а-а! Хочу возвращать людей к жизни, пока она у них ещё есть, а не докапываться до них в посмертии, мешая обрести вечный покой!
И тут я ощутила на коленях более осязаемую, в сравнении с душевной, тяжесть. Я резко выпрямилась и распахнула глаза. На моих хрупких коленях пытался уместиться мужик, молодой, но всё же мужик. И к тому же, обнажённый... Прямо совсем-совсем голый.
Он скатился на пол и спрятался за спинкой дивана, а затем оттуда поспешно сказал:
— Спокойствие, только спокойствие! Это всего лишь я, твой любимый лысик Одуванчик. И кажется, я только что обрёл человеческую ипостась. Ты же знаешь, что так иногда бывает.
— Одуванчик?! — недоверчиво переспросила я.
Он активно закивал головой и попросил выдать ему хоть какую-нибудь одежду.
Что же, меня можно поздравить с обретением собственного фифа-двойника. И, как закономерность, очередной фамильяр вновь обратился парнем. Почему они никогда не становятся девушками? Я так надеялась, что если когда-нибудь мой фамильяр обретёт человеческую ипостась, то будет кому изливать свою душу, болтать по ночам и делиться тайнами. Благо, волосы на его голове имеются. Хотя бы в человеческой ипостаси он не лысый!
***
На то, чтобы переварить произошедшее, мне понадобилась всего пара минут. Я сбегала к нашему стражу Хьюзу Вирнеру за комплектом одежды для Одуванчика. Он тут же захотел проверить, насколько мой фамильяр неопасен, и только просканировав его чарами вдоль и поперёк, ушёл. Мы остались с фифом вдвоём.
— Бесиль, послушай меня, я дам тебе совет! — начал фиф менторским тоном, при этом пытаясь подтянуть сползающий с плеча ворот пуловера.
Одуванчик был примерно с меня ростом и довольно поджарый, а Вирнер был значительно выше, так что его одежда постоянно спадала с жилистого, но худого парня, которым оказался мой фамильяр. Было удивительно смотреть на его лицо и видеть себя, почти. Если бы у меня был брат-близнец, то он бы выглядел как-то так же. Удивительное сходство с тем отражением, что показывало мне зеркало каждый день.
