Операция «Хамелеон» должна была стать чистой работой. Под видом обычных гражданских спецназовец Андрей и его группа зашли на заброшенную точку на окраине города, чтобы взять лидера местной террористической ячейки. Всё шло строго по плану. Андрей зачистил первый этаж, ворвался в комнату и был уверен, что ликвидировал главную цель. Но это оказалась тщательно подготовленная ловушка. В последнюю секунду, когда он уже готов был дать команду к отходу, под ногами раздался едва слышный, сухой щелчок разгрузочного механизма мины-ловушки. Дальше - ослепительная вспышка, дикая боль в затылке, выжигающая сознание, и абсолютная, глухая темнота.
Андрей очнулся от резкого, удушливого запаха вековой пыли и сырости, который забил нос и горло. Он сильно закашлялся. Тело слушалось плохо, конечности казались налитыми свинцом. Пошевелив пальцами рук и ног, он понял, что лежит на скрипучей, продавленной кровати. Пружины под ним жалобно завыли при малейшем движении. На секунду ему показалось, что он в плену или в полуразрушенном госпитале, но вокруг царила странная тишина.
Первым делом, повинуясь армейским рефлексам, Андрей осторожно ощупал голову. Череп трещал так, словно по нему ударили кувалдой, но, к его изумлению, ни крови, ни швов, ни осколочных ран не было. Кожа была абсолютно целой. Кое-как преодолев сильное головокружение, Андрей принял вертикальное положение и сел на краю кровати. Взгляд зацепился за тумбу, покрытую толстым слоем грязи. На ней лежало маленькое круглое зеркальце в потемневшей пластиковой рамке.
Андрей взял его дрожащими пальцами и заглянул в мутное стекло. То, что он там увидел, заставило его сердце пропустить удар. Вместо привычной, жесткой армейской стрижки «под ноль» на него смотрели чужие, мягкие и слегка взъерошенные темные волосы. Отражение вообще принадлежало совершенно другому человеку. Парень из зеркала выглядел моложе, черты лица были мягче, без привычных Андрею шрамов, а вместо его родных, холодных серых глаз из стекла испуганно блестели карие.
Андрей замер, чувствуя, как внутри ледяной волной поднимается паника. Воздух в комнате в одно мгновение стал тяжелым, липким, он буквально давил на грудную клетку. Спецназовец закрыл глаза и сделал три глубоких, размеренных вдоха, силой подавляя адреналиновый взрыв и заставляя работать автоматические боевые рефлексы. «Главное - оценить обстановку. Паника убивает», - пронеслось в голове.
Пошатываясь от слабости, он поднялся на ноги. Из одежды на нем были только простые свободные штаны и помятая майка неизвестного бренда. Андрей подошел к единственному окну и резко отдернул плотную, серую от пыли занавеску.
