Рыцарь возвращался из крестового похода, копыта его коня звонко ступали по нормандской земле. Слева к седлу был привязан небольшой мешок с запасами еды и одеждой, а справа — щит и старая потертая лютня. Он возвращался на родину, оставив позади долгие годы странствий и лишений. Испания, Англия, Русь, Византия и Святая земля. Увидев впереди показавшийся замок своего сюзерена виконта Гуго, рыцарь стал напевать песню, которую сочинял всю свою жизнь, — песнь о Роланде.
Согласно начальной русской летописи, в IX веке на берег Белого озера, возле истока реки Шексны, пришел варяжский дружинник Синеус, брат Рюрика. С этого времени известен городок, названный Белоозеро, где смешались несколько народов — финно-угорское племя «весь»; славяне, пришедшие сюда с юга; и скандинавы, пришедшие с севера. И варяги, пропитанные кровью и морской водой, закаленные в походах и набегах, зарыли здесь оружие войны и перешли к тихой и спокойной мирной жизни. Реки и озера вокруг были полны рыбы, а леса обильны грибами, ягодами, дичью и пушниной.
Говорили в народе, что и у Ольстена, сына охотника и купца, предок был один из варягов, пришедших тогда на Белоозеро, и будто бы называли его Эйнар. Но быстро стерся этот след скандинавский, и ближайшие родственники — дед и отец Ольстена — носили уже совсем не варяжские имена — Прохор и Олекса. Много было еще тогда в жизни от языческой древности: песни обрядовые пели на встречу весны, на венках гадали, березе поклонялись, и даже пили кровь животных, отданных на заклание. Но появилась в городке на холме маленькая православная церковь, и шаг за шагом стало вытесняться всё это новым единым богом — Иисусом Христом, по греческому образцу. Посещал ту церковку Ольстен часто; и всё, что там окружало его, — распевная речь священника, свечи пламенные, Спас на иконах, запах ладана, — умиротворяли его, наполняя все вокруг каким-то вселенским смыслом. Там же впервые увидел он книгу в деревянной обложке, на пергаменных листах которой какой-то церковный писарь красивыми буквами расписал различные библейские истории. Местный священник обучил Ольстена чтению и письму, благодаря чему в его обыденный и повседневный мир буквально ворвался другой мир — книжный, ветхозаветный и сакральный.
В ту зиму охотники, а среди них и Ольстен, настреляли и наловили в лесах много пушного зверья (лисиц, куниц, белок). Как только сошел лед, белозерские купцы стали собираться в дальний путь по рекам, в страну волжских булгар, торговать пушниной. Несколько стругов, стоявших на Шексне, готовили в дорогу, грузили товаром и припасами. Попал в это торговое плавание (первое в своей жизни) и Ольстен. И вот, оттолкнувшись от берега, ранним туманным утром 1172 года струги белозерцев отправились по реке в свое дальнее путешествие, полное тревоги, опасности и неизвестности. Родители молодого охотника, Олекса Прохорович и Млада Глебовна, долго еще провожали речные суда, даже когда они и скрылись за горизонтом. Слеза скатилась по лицу матери, это был их единственный выживший ребенок, трое детей умерли при рождении, а один скончался от болезни в двухлетнем возрасте. А Ольстен вырос высоким и крепким охотником, метко бившим из лука. И теперь, откинув со лба светло-русые, слегка вьющиеся, волосы, работая веслом, он с грустью смотрел на удалявшиеся куда-то далеко в прошлое берега реки Шексны и Белого озера. Какой он, этот неизведанный и огромный мир, раскинувшийся впереди, и как он его встретит?
