Состав «Борей» тяжело проламывал путь сквозь белую стену бурана. Под стальными колёсами пели обледенелые рельсы, а за бронированными бортами вагонов простиралось то, что осталось от мира: бесконечная, скованная льдом пустошь. Здесь, на поверхности, время замерло в моменте техногенного коллапса прошлого. Старые города превратились в ледяные склепы, а сама атмосфера, отравленная мутациями и вечным холодом, стала враждебна ко всему живому.
Внутри одного из грузовых отсеков, среди штабелей контейнеров с провизией, шли двое. Кира двигалась с той обманчивой лёгкостью, которая всегда выдавала в человеке скрытую силу. На ней была форменная экипировка службы сопровождения: плотный комбинезон из композитных материалов, перехваченный на талии широким тактическим поясом, и высокие ботинки с глубоким протектором. Униформа подчёркивала её стройную, элегантную фигуру, но за этой эстетикой скрывалась функциональность – каждый ремень и каждый карман были на своём месте.
– Ещё пара дней в этой консервной банке, и я разучусь ходить по прямой, – Лина, её подруга и напарница, поёжилась в своей тяжёлой куртке. – Как думаешь, в Третьем куполе всё ещё работают те старые кофейни?
Кира едва заметно улыбнулась. Человечество всё ещё могло выходить наружу, но без специальных тепловых установок и запаса кислорода обычный человек превращался в кусок льда за пару суток. Однако, их истинным врагом был не только мороз. Техногенные катастрофы прошлого выпустили на волю вирусы, которые в условиях вечной зимы не погибли, а законсервировались, превратив погибших людей и зверей в «мертвецов». Эти твари, лишённые разума и боли, стали вечными стражами снегов.
– Кофе – это роскошь, Лина. Сначала нам нужно доставить этот груз в целости, – голос Киры звучал спокойно, но её пальцы непроизвольно сжались.
Она чувствовала окружающий их воздух иначе, чем остальные. Для девушки атмосфера не была пустотой – она была осязаемой материей, густой и послушной. Её дар, который она называла «Плотностью», был редким результатом мутации. Она могла концентрировать молекулы воздуха до состояния стали или разряжать их, создавая вакуум. Серые скелеты небоскрёбов заброшенного города вырастали из метели, словно призраки прошлого. Кира чувствовала, как «Борей» замедляет ход на крутом повороте обледенелых путей – именно здесь, в тени руин, видимость падала почти до нуля. Это было идеальное место для засады. Внимание девушки привлёк едва заметный танец снежинок у края тяжёлой рольставни. В герметичном вагоне такого быть не могло. Кира сделала шаг, и подошвы её ботинок сухо скрипнули по металлу. Когда она рывком дёрнула замок, стальное полотно с грохотом взлетело вверх, обнажая не пустоту, а кошмар.
