Утро в доме Лау началось не с запаха каши, а с тяжёлой, звенящей тишины. Кайран открыл глаза и несколько мгновений просто лежал, глядя в потолок и пытаясь вычленить хоть какой-нибудь звук с первого этажа. Но тщетно. Ни звука посуды, ни переговаривающихся голосов, ни шума шагов.
Кайран вздохнул и перекинул своё внимание на себя. Мысленно просканировал собственное состояние. Тело казалось налитым свинцом, а в районе солнечного сплетения неприятно тянуло. Четвёртая нить внутри отозвалась тихой, но упругой вибрацией, словно предвкушая грядущие испытания. Предательница. Она что, желает, чтобы носитель пал от чрезмерных нагрузок? Неужели Кайран взрастил внутри себя монстра?
Парень сел, провёл ладонью по лицу. Шесть дней. Ровно шесть дней до Ритуала Связывания.
Спустившись на первый этаж, он застал родителей за столом. Гирк методично, но крайне тихо и аккуратно уничтожал завтрак, а Линь пила травяной отвар и пристально смотрела на мужа. Странно, почему тогда Кайран не уловил ни запахов, ни звуков. Парень осмотрелся. Отсутствие Йолин он приметил сразу, но было что-то ещё. Кайран прищурился и внимательнее осмотрел кухню. И… вот оно. В какой-то момент он буквально на долю секунды увидел колышущийся ковёр голубоватых нитей, которые обволокли помещение и ритмично извивались, будто дышали.
Кайран посмотрел на мать. Линь ответила тем же. В её взгляде не было привычной материнской мягкости. Сейчас она смотрела на него так, как смотрит кузнец на заготовку, которую предстоит разогреть добела и выковать из неё хоть что-то удобоваримое.
— Садись, — коротко бросил отец, не отрываясь от тарелки. — Ешь. Да побыстрее. Углеводы и белок. Тебе понадобится энергия и строительный материал для восстановления тела.
Кайран кивнул, сам наложил кашу в тарелку и сел.
И так, — начала Линь, ставя кружку на стол. — Начиная с сегодня у тебя шесть дней. Шесть дней, чтобы подготовить тело и Каркас к Колодцу Предков. И я хочу, чтобы ты понял одну вещь, Кайран: то, что мы делали раньше — это был бег лёгкой трусцой.
Гирк хмыкнул, вытирая рот тыльной стороной ладони. Линь неодобрительно на него посмотрела. Гирк быстро схватил тряпку со спинки стула и вытер руки и губы по-нормальному. Линь кивнула.
— Твоя мама выражается крайне мягко, сын. По сути, эти шесть дней ты будешь молить о пощаде. Превратишься из прямоходящего в ползающее на брюхе существо. Захочешь любыми способами всё это остановить. Но ты не имеешь права сдаваться.
Кайран замер с ложкой у рта.
— Эй, а чё так жёстко и прямолинейно? Могли бы и поуспокаивать меня. Неужели стресс-адаптация по сравнению с тем, что меня ждёт, всего лишь цветочки?
