Симфония для жука с далекой планеты Осень. Маленький аппарат, похожий на каплю жидкого металла, беззвучно опустился на пыльный подоконник.
- Тарелка… - вяло подумал Глеб, не отрывая лба от холодного стекла. Если бы не температура под сорок, он бы, наверное, удивился, а так лишь вяло отметил, что ему причудилось. Мозги плавились, и реальность вокруг стала податливой, как разогретый пластилин. Из нижней части тарелки с тихим шипением вышел шлюз. По карнизу, перебирая шестью тонкими лапками, спустилось существо. Оно напоминало крупного, отливающего перламутром жука, но совершенно не вызывало отторжения. Напротив, его округлые формы, большие фасеточные глаза с золотистыми искрами и плавные, гипнотические движения казались на удивление симпатичными. Существо аккуратно сложило лапки на блестящей груди и посмотрело на Глеба. Голос, прозвучавший прямо в голове, был лишен всякой интонации, напоминая скорее сухой шелест осенних листьев.
- Здравствуйте, я хочу познакомиться с вами. Меня зовут Эол. Моя планета "Осень" далеко.Я хочу послушать музыку.
Глеб хотел спросить, почему именно "Осень", но язык не слушался. Он лишь молча кивнул в сторону старенькой радиолы в углу комнаты. Эол плавно развернулся, и за его спиной прямо из воздуха соткалось глубокое кожаное кресло. Существо с видимым облегчением откинулось на мягкую спинку, сложив передние лапки на подлокотниках.
- Восхитительно… - прошелестел Эол, когда Глеб, с трудом поднявшись, нажал кнопку пуска. Из динамиков полилась «Лунная соната». Глеб прислонился к стене, ожидая какой-нибудь инопланетной реакции: возможно, существо начнет танцевать, или его глаза вспыхнут, или тарелка на подоконнике издаст боевой клич. Но Эол просто закрыл свои золотистые глаза. Его перламутровая броня медленно потемнела, приобретая глубокий, насыщенный цвет мокрой древесины.
