Воздух в зале суда был спёртым и неподвижным. Витали запахи нагретого дерева, сургуча и металла, так пахла имперская бюрократия, которая перемалывала судьбы за закрытыми дверьми. Столица империи Кан, город Асцерион, был надёжно укрыт многослойными силовыми куполами, отсекавшими любое дыхание мёртвых земель.
— Именем Империи Кан и Властью Императора, — голос судьи ритмично скрипел, словно он зачитывал инвентаризационную ведомость, — Военный трибунал в составе трёх судей, утверждённый Военной Коллегией его Величества, рассмотрел дело номер 614-Г. Всем встать для оглашения приговора.
Присутствующие поднялись. Арис Корво не садился ни на миг во время заседания. Он стоял уже третий час, и всё это время порочили его имя. Слегка опершись на деревянный барьер, он слушал, как всю его службу разбирают под микроскопом, придавая каждому его поступку порочный, искажённый смысл. Лицо Ариса, обезображенное старым шрамом, рассекающим левую бровь и щеку до самой челюсти, напоминало застывшую погребальную маску. Он смотрел на судью и знал: никакие слова не оправдают его в этом суде. Всё уже давно решено, осталось только выслушать вердикт. И ведь не скажешь, что его судят ни за что. Но всё равно гадко.
Судья, высокий старик в мантии цвета запёкшейся крови, поправил очки в тонкой золотой оправе и продолжил, чеканя каждое слово так, будто забивал гвозди в крышку гроба:
— Рассмотрев материалы дела, заслушав показания свидетелей, изучив рапорты командования, Военный трибунал признал подсудимого, бывшего офицера Первого Ударного полка Империи Кан, кавалера Ордена Серебряного Шипа, Ариса Корво, виновным по всем пунктам обвинения.
В зале было тихо, только щёлкали клавиши секретаря, торопливо фиксировавшего каждое слово. Арис не шелохнулся. Где-то на галерее для зрителей кто-то недовольно пробубнил, но звук тут же оборвали. Вероятно, стража вывела нарушителя тишины.
— Учитывая тяжесть совершённых преступлений, — судья оторвал взгляд от бумаг, — Военный трибунал мог бы назначить высшую меру наказания. Расстрел. Повешение. Четвертование. В зависимости от того, какой именно способ его Величество сочтёт наиболее уместным для офицера, запятнавшего честь мундира.
Старик сделал паузу, смакуя власть, которую давала ему эта секунда тишины. Арис не доставил ему удовольствия своей реакцией. Просто стоял и смотрел на эту заплесневелую шестерёнку государства.
— Однако, — судья опустил глаза, и в его голосе впервые проскользнула нотка, похожая на усталое разочарование, — Военный трибунал также учитывает прошлые боевые заслуги подсудимого. Кампания на Северном Фронтире. Оборона перевала Грейстоун. Бой у Чертогов Пепла. Все эти действия, совершённые до инцидента, являются неоспоримым доказательством того, что подсудимый когда-то был верным слугой Империи.
