Глава 1. Чемпионки и самцы
Куда смотреть, к чьим разговорам прислушиваться, на какой из сотен камней, сложенных в гигантский амфитеатр присесть так, чтобы её не было видно, решала не она сама, а чужая воля внутри её головы. Это ощущалось, будто каждый нерв был прошит упругой нитью, за которую постоянно дёргали, заставляя обернуться, замереть, вдохнуть или выдохнуть.
— На неё сильно повлиял этот проигрыш? Первое поражение за десять лет. Не представляю, как чувствовал бы себя во время реванша на её месте. — Парень наклонялся к самому уху девушки, и шум болельщиков, окружавших ложу чемпионов, всё равно заставлял его кричать.
Вокруг них плотно сидела вся команда. Те, кто пережил первый раунд и не попал в плен. Литиция, невысокая девушка с пышным бюстом и длинными белыми волосами в пол, сидела рядом с крупным, прямоходящим ящером. Его чешуя отливала мокрым пурпурным блеском и явно заставляла девушку дышать чаще всякий раз, когда её взгляд снова ненароком скользил по его открытым коленям, спортивным широким бёдрам, толстому, но необычно короткому для ящера хвосту.
— Она не проиграла! — Перекрикивал её голос, звенящий, словно бутылки, толкающиеся в повозке. — И это не реванш! Тот мошенник ещё ответит за допинг на Игрищах! А Трифти была и будет непобедимой чемпионкой Феминистии!
В глазах спортсменки блестели искры. Под лёгкой блузкой часто вздымалась грудь. Могла ли она лишь играть в преданную фанатку? За зрительный нерв снова дёрнули. Пришлось приглядеться к мельчайшей мимике её лица. Губы закусывает, брови подрагивают, поднимаясь вверх, пальцы неспокойно перебирают тугую белую плетёнку, некий тканный рогалик, напоминающий прочный венок, но вместо цветов в нём атласные ленты.
Через секунду дрогнули магические сферы. Они парили на одинаковых расстояниях по всей арене, залитой светом. Их сияние переливалось вокруг оси, но стало пульсировать в такт словам, когда из них полился голос ведущей, усиленный дирижерской магией.
— Непобедимая чемпионка Трифти Оренэй!
Стоило над амфитеатром прозвучать её имени, как пространство всколыхнул взрыв аплодисментов. Литиция вскочила на ноги, прыгая в грохоте мужского воя и женского визга. Ящер остался сидеть на месте, но звонко хлопал в ладони, точно выбивал мокрое полотенце.
На сияющей арене, усыпанной сапфирами и каплями белого золота, прыгающей походкой показалась эльфийка. Высокая, с яркой улыбкой, в подвижном тумане, что клубился перед зрителями густым облаком, она будто и сама светилась. Облако встречало трибуны её лицом, ярко-синими глазами, блестящими точно от слёз, и бархатными губами, что собирались в застывшую, почти воспалённую улыбку. Вокруг девушки кружились бабочки. Сотнями глазков они разглядывали икону большого спорта, пока дирижериня, стоя на балконе сразу под королевской ложей, выбирала лучшие ракурсы из увиденных насекомыми, и отправляла их на плотное облако.
