Пролог.
Существует только одно солнце. Оно величественное и необъятное, а его золотые лучи пронизывают само мироздание. Но у всего есть тёмная половина – та, что остаётся невидимой для ослеплённого самим собой светила. А если представить, что солнц два? Что останется, если исчезнет тьма? Свет, жара, пламя... Быть может, пожар? Мир обратится в пепел, полыхнув на весах нарушенного Равновесия, и исчезнет в пустоте. Не останется ничего, кроме опустевших чаш, нулевая отметка... Это как опасная игра, в которой недопустима ошибка – один неверный шаг, и хрупкий шанс лопается, как мыльный пузырь…
Но солнце одно, потому что Равновесие – закон бытия.
Неистовствовали тёмно-серые грозовые тучи, закрывающие ночные светила тем самым надеясь поглотить все яркие краски жизни. Где-то в чаще леса каркнула чёрная ворона, предвещая неожиданную весть, несущую за собой лишь одни беды и тоску. Сверкнула зигзагообразная молния. От неё на короткий миг стало светлее, но это было незаметно. Следом по небу прокатился страшный гром, и как по сигналу резко полил дождь, холодные капли которого безжалостно били по хрупким листьям и сухому чернозёму. Разбушевавшееся море яростно выбрасывало на берег ледяные равнодушные волны, шипящие пеной. О как эмоционально это море... А оно ведь неживое. Подуставший дождь прекратился, и тучи стали медленно исчезать с чистого предрассветного неба. Ураган понёс их дальше на запад, где люди ещё не погрузились в тяжёлую невесёлую думу (существование оной свойственно в плохую погоду).
Из-за едва различимого горизонта вышло крохотное солнце. Оно, подобно Богу, оживило своими золотыми руками тёмный грешный мир. Яркие тёплые лучи заботливо погладили искажённые стволы деревьев, в ту же минуту ставших изящными и царственными. Полевые цветы под тяжестью капель прошедшего ливня склонились к корням могучих древ, как верные рабы к ногам великих владык. Солнце скользнуло по ним сочувствующим взглядом, не зная, чем можно помочь жертвам непогоды. Прибитые дождём растения начали приходить в себя, а восточный золотой диск продолжал изгонять темноту. Мир переродился, вобрав солнечную ласку, словно губка.
И даже это обыденное утро кем-то создано? Кто его соткал, сделав таким двуличным? Каков бы ни был ответ, стоит дополнить, что Равновесие и тут внесло свой вклад.
У обрыва стояла молодая девушка с огненными волосами и янтарными глазами. Её простой наряд состоял из красного платья с золотой вышивкой. Длинные рукава завершались белыми кружевными манжетами, посеревшими от времени. На шее девушки было дивное золотое колье с рубинами и жёлтым янтарём, но внешний вид его свидетельствовал о том, что украшение уже пережило несколько поколений. В ушах были серьги в виде кленовых листов, сделанных из тонкой медной проволоки с бусинами из бордового камня – граната.
