Часть первая. Рената и Ганс.
Твой поцелуй – мне нежности урок…
Так лепесток касается руки,
так на ресницы веет ветерок,
и мотылек порхает у щеки…
Рубиан Гарц
Я проснулась от легкого прикосновения к моим волосам. Кто-то нежно гладил пряди, перебирал, и я не понимала, что происходит. Но глаза не открывала. Я все еще грезила наяву и лежала в траве, на цветущей поляне, подставив лицо мягким солнечным лучам и теплому июньскому ветерку, вдыхала сладкий аромат раскрытых колокольчиков вьюнка, покачивающихся надо мной. И не хотела выходить из такого прекрасного сна. Но холодные пальцы погладили мой лоб, щеки, спустились по шее.
– Грег, любимый…, – прошептала я и потянулась.
И тут же прохладные губы коснулись моих. Я ответила на поцелуй и улыбнулась. И проснулась окончательно. Голубизна его глаз напомнила прозрачную чистоту летнего неба, и я погрузилась в эту бездонную ясность, забыв обо всем. Его ресницы медленно опустились, затеняя глубину его взгляда, бледные губы улыбнулись. Я провела кончиками пальцев по его гладкой белой щеке и вздохнула от заполнившего меня счастья. Грег.… Я так любила его. И вот он со мной…
Его губы прошептали возле моих губ:
– Доброе утро, любимая…
– Доброе утро, любимый, – ответила я и обхватила его за шею, притягивая к себе.
Но Грег мягко высвободился их моих объятий и сел на край кровати. Я смотрела на его четкий тонкий профиль, на длинные опущенные ресницы, на слегка разлохмаченные черные волосы, на приоткрытые бледно-розовые губы и таяла от любви. Мы были так счастливы в нашей новой квартире и практически не расставались. Дни, заполненные нежностью, ночи в одной постели, когда я постоянно чувствовала его прижавшееся прохладное тело, завтраки в светлой большой кухне – я пила ароматный чай из китайской чашечки тончайшего фарфора, а Грег сидел напротив и не сводил с меня улыбчивых глаз – безмятежные вечера, которые мы проводили в гостиной на диване, просматривая фильмы и не разжимая объятий – так мы жили вот уже целый месяц. И казалось, время больше не имеет величин в нашем маленьком уютном мире.
Уже наступил октябрь. Я перешла на второй курс института, но на занятия так и не ходила. После мучительных раздумий решила взять академический отпуск на год. На это имелись веские причины. Много чего произошло за последнее время. У меня по непонятным мне самой причинам как-то сразу не сложились отношения с однокурсниками. Они отчего-то решили, что я заносчивая и необщительная. А после гибели нашей одногруппницы ребята стали держаться от меня подальше. Ира ненавидела меня, постоянно преследовала, строила козни и распространяла гадкие сплетни. После ее похорон, казалось, они молча обвиняют именно меня в ее смерти. И вокруг меня постепенно образовался вакуум. Все это было уже невыносимо. И я не видела другого выхода из этой ситуации, как сделать перерыв в учебе.
