Часть первая. Ревность Златы.
Моя любовь – как зыбкая дорожка,
Что свет луны проводит по воде.
И в жидком серебре я осторожно
Иду, луною ослеплён – к тебе.
Но погружаюсь, вдруг поняв одно –
Под серебром любви чернеет дно…
Григорий Грег
Мы прилетели в аэропорт Кеннеди около половины третьего дня. И хотя время в пути было почти десять часов, я чувствовала себя отлично. И причиной моего замечательного физического и душевного состояния являлся Влад. Мы сидели рядышком. Вначале он спал, прислонившись головой к моему плечу, а я грезила наяву. Моя жизнь резко изменилась, и я все еще не могла до конца поверить, что все это происходит в реальности. Буквально за месяц Влад стал для меня всем на свете. Любила ли я его по-настоящему? Снова и снова задавая себе это вопрос, я смотрела на его опущенные черные ресницы, четкие брови, разрумянившиеся во сне щеки, прямой нос со словно обрезанным кончиком, яркие красиво очерченные губы. Его роскошные пепельно-русые волнистые волосы были забраны в хвост. Я смотрела на это удивительно красивое лицо и мечтала, что когда Влад проснется, то я смогу заглянуть в его медово-карие глаза и в который раз утонуть в их золотящейся глубине. Ему было восемнадцать, как и мне. Влад любил меня. В этом я не сомневалась.
И вот сейчас я вместе с его братьями прилетела в Нью-Йорк. У них здесь должно состояться несколько выступлений гимнастического шоу, и Влад уговорил меня составить им компанию. Тем более сейчас август, и я пока нахожусь на каникулах. Нежность переполняла меня, обреченность наших отношений, а я уже знала, насколько опасно обычным людям любить славов, людей-рысей, придавала моему чувству остроту. Я уже дня не могла прожить без Влада и даже думать не хотела, что когда-то придется расстаться. И однако я постоянно спрашивала себя, что я на самом деле чувствую к этому парню. Влад спас мне жизнь, меня переполняла благодарность, я восхищалась его красотой, затаенное ощущение опасности, ведь он был рысью, будоражило. И в то же время мне льстило, что опасный зверь укрощен и в моем присутствии превращается в ласкового котенка. Физическая близость – а это произошло со мной впервые – вызывала сильнейшее чувство привязанности, и меня тянуло к этому парню, как магнитом. Но что это было? Вся эта смесь противоречивых чувств и была любовью? Я пока не могла ответить себе на этот вопрос. Я понимала, что сейчас лучше отпустить ситуацию, и со временем все само встанет на места. Но такая уж у меня натура – я должна все проанализировать, иметь точное представление, что со мною происходит, только тогда в душе наступает гармония. Но я мучилась и без конца спрашивала себя: люблю ли я. А вот Влад был уверен в своем чувстве. Он неоднократно говорил мне об этом и всячески давал понять своими поступками. И это было приятно. Но я хотела до конца в себе разобраться. А для этого лучше проводить с Владом как можно больше времени, так я решила, и согласилась поехать с ними в Штаты.
