Героиня: Раиса Петровна Громова (62 года), бабка-ведунья 7-го поколения. Ворчит, печет пирожки, но внутри — панк, не доевший квашеную капусту.
ЧАСТЬ 1. «МОЙ ДОМОВОЙ УШЕЛ НА RAVE»
Глава 1. Где кофе, там и скандал
Проснулась я от того, что в моей кухне играл джаз.
Нет, не то чтобы я против джаза. В молодости мы с покойным Гришей даже танцевали под Утесова, правда, потом он наступил мне на ногу штиблетом и сказал, что ритм у меня как у трактора. Но сейчас, в шесть утра, когда за окном еще даже воробьи не начали делить прошлогоднюю лепешку, любая музыка — это личное оскорбление.
Я натянула халат (ситцевый, с цветочками, Гриша говорил — «колхозный ковер», а мне нравится) и проковыляла на кухню.
Картина маслом. Вернее, маслом тут и не пахло. Пахло кофе.
Мой домовой Кузя сидел верхом на табуретке, свесив бороду до самого пола, и с видом ленинградского интеллигента хлебал из моего любимого фарфорового стакана (с надписью «Любимой бабушке», внучка Маша подарила) жидкий нектар.
— Кузя, — сказала я ласково, как удав перед броском. — Ты в курсе, что кофеин для мистических сущностей — как кокаин для хомячка?
Кузя даже не поперхнулся. Этот наглый домовой родился с чувством собственной важности размером с девятиэтажку.
— А мне на кой чужой хомяк? — философски заметил он, смачно прихлебывая. — Я, между прочим, клирос электронный осваиваю. Ты бы знала, Раиса Петровна, сколько там рекламы. «Установи антивирус — и в твоем доме не заведутся суккубы». Суккубы, Карл! А я, получается, кто? Так, побоку?
— Ты — домовой, — напомнила я. — Твое дело — носки не терять и кастрюли на место ставить. А не кофе мой жрать на завтрак.
— Носки, — Кузя презрительно скривил свою мохнатую физиономию. — Двадцатый век на дворе, Раиса Петровна. Сейчас такие технологии, что за носками AI следит. А ты меня на пенсию отправляешь.
Я налила себе второй (после Кузиной порции осталось на донышке) и села напротив.
— Кузя, ты вообще спать ложился?
— А зачем? — он вытащил из бороды завалявшийся кусок сухаря и задумчиво его прожевал. — У меня ночью был рейд по подвалу. Там новые тараканы завелись. С амбициями. Представляешь, хотят свою профсоюзную организацию.
— И ты им что?
— А я им: «Ребята, вы вообще кто по жизни?» Они говорят — «Мы — квартиранты». А я говорю — «Квартиранты платят. А вы пока просто хруст на ночь». Короче, разобрались.
Я вздохнула. С этим домовым каши не сваришь. Он появился у моей бабки еще при царе Горохе, перекочевал ко мне после ее смерти вместе с чугунной сковородкой и странным запахом нафталина. С тех пор мы жили душа в душу, если душой считать постоянные препирательства за последний пирожок.
